Елена Викторовна поняла, что сейчас произойдет и закрыла глаза. Руки англичанина бережно уложили ее на кровать и принялись неторопливо расправляться с застежками платья.
— Майкл, ты же совсем ребенок для меня… — прошептала она со страданием и томлением на лице.
Он не отвечал, осыпая ее лицо поцелуями, обжигая ими оголившиеся плечи и верхнюю часть груди, пока еще скрытую черным кружевным бельем.
— Мой дорогой, не надо, — графиня вывернулась из его руки и отползла к изголовью кровати.
На ней остались лишь черные чулки и кружевное белье.
Хотя бюстгальтер был расстегнут, и она придерживала его, словно важный атрибут приличия.
— Леночка, пожалуйста! — англичанин с жаром смотрел на нее, расстегивая брюки. — Если бы ты знала, как я долго мечтал о тебе!
Пока Милтон торопливо раздевался, висела тишина, разбавленная лишь шорохом одежды и его порывистым дыханием.
— Майкл, но ты же понимаешь… — тихо произнесла Елена Викторовна и с удивлением обнаружила, что она не знает, что сказать дальше. Ее рука, придерживавшая бюстгальтер, ослабла, и он сам упал на постель, когда Майкл подполз к графине.
— Твоя грудь… — англичанин дотронулся до нее пальцами.
Елена, затаив дыхание, ждала продолжения: его слов, его прикосновений, его смелых мужских проявлений.
— Она божественна, — Майкл наклонился и нежно поцеловал ее в сосок.
Припал к нему, мучая губами, втягивая в рот.
— Мой мальчик… — графиня повалилась в подушки, прижав голову любовника к себе, взъерошивая его красивые светлые волосы и чувствуя, как ее захватывает нестерпимый жар.
Он поднимался от низа живота, разливался где-то внутри трепетной волной. Кружилась голова, и воздух стал горячим, теперь его не хватало.
— Майкл!.. — простонала она, когда пальцы Милтона стянули с нее трусики, а потом коснулись мокрого, вздрагивающего лона.
— Да, моя леди, — отозвался, целуя ее живот и размазывая ее обильные соки по бедрам.
— Хочу тебя! — хрипло выдохнула графиня."
"Он возлег на нее, она в нетерпении развела бедра, шевеля ими, чтобы он скорее нашел вход.
И вскрикнула от проникновения так, словно из ее груди вмиг вырвалась вся радость и страсть. Его член не слишком крупный, но очень горячий, жадный проник в нее на всю глубину, и графиня выгнулась от невыносимо острых ощущений, целуя любовника в плечо и двигаясь ему навстречу все чаще и резче. Чувствуя, как его прекрасная твердь пронзает ее до сладкой боли. Жар, разливавшийся от низа живота, волнами поднимался по телу.
