Вот уже четыре поколения кормчих учились у него искусству вождения кораблей по звёздам. Райн Полярный волк, так звали этого старика, и к его слову прислушивались все кормчие и ярлы Нордхейма. На обучение к нему отправляли парней из самых дальних уголков страны, и его слово навсегда оставалось законом для его учеников.
И вот теперь этот человек встал на пути такого блестящего плана, придуманного Олафом. Понимая, что затевать спор сейчас значит упустить инициативу из своих рук, Олаф мрачно кивнул и с усмешкой ответил:
— Ты можешь думать как хочешь.
Но как ты собираешься с ним говорить, если он сбежал? Надеешься, что доживёшь до того момента, когда он вернётся обратно?
— Если потребуется, я и тебя переживу, — презрительно хмыкнул Райн. — И помни, конунг. До тех пор, пока я не вынесу своего решения, никто не смеет назвать Сигурда Леворукого предателем.
— Или что ты сделаешь? Перестанешь учить парней? — усмехнулся Олаф.
— Я сделаю так, что ни один из твоих кораблей не выйдет больше в море.
Ты знаешь, меня называют хозяином морей. И я сделаю это. Клянусь.
От решительного тона старика Олаф невольно вздрогнул. Слишком свежи были ещё в его памяти рассказы о могуществе этого человека. Да и человек ли он вообще. Высокий, широкоплечий, прямой, словно мачта, с огромными мозолистыми ладонями, Райн больше походил на вековую корабельную сосну, чем на обычного старика. Несмотря на кучу шрамов и совершенно седые волосы, годы словно прошли мимо него."
"Скрипнув зубами, Олаф заставил себя кивнуть и, круто развернувшись, стремительно зашагал к дому, внутренне клокоча от злости.
Старый дурак осмелился испортить ему всю игру. И, как оказалось, власть конунга вынуждена была отступить перед властью человека-легенды. Осознание этого факта жгло Рыжего сильнее калёного железа. Столько сил, столько стараний, и всё впустую.
* * *«Синяя акула» вошла в бухту крошечной деревушки под названием Ла-Корунья. Свейн решил пополнить запасы пресной воды перед дальним переходом мимо Африканского побережья.
Но едва только команда, отправленная за водой, сошла на берег, как из-за полуразвалившегося сарая выскочил человек в странных доспехах и, вскинув над головой меч, с диким криком ринулся в атаку.
Вадим моментально оглянулся и с удивлением разглядел редкую седую бородёнку и сморщенное, словно печёное яблоко, лицо. Атаковавший их воин был стар. Не желая убивать старика, воины дружно разошлись в стороны, пропустив набравшего разбег вояку.
