Признаюсь откровенно, вкус тех блюд, которыми ты потчевал нас в прошлый раз, я вспоминал весь год.
— Конечно, друг мой. Слуги проводят тебя в твою комнату, а блюда, которые тебе так запомнились, обязательно будут на этом столе сразу, как только ты проснёшься.
Благодарно улыбнувшись, Вадим поднялся и, шагнув к дверям, добавил:
— Просто постарайся поскорее забыть то, что видел, и живи будущим.
— Я запомню твой совет, — вздохнул купец, выходя в другую дверь.
Последующие четыре дня северяне только и делали, что отдыхали и развлекались.
Сам Вадим вылезал из постели вместе с Сидой только для того, чтобы поесть и перекинуться парой слов с соплеменниками. К собственному удивлению, он действительно вдруг поймал себя на том, что воспринимает северян как своих соплеменников."
"На пятый день Юрген лично отправился в порт в сопровождении Анхеля, чтобы проверить состояние кораблей. Им пора было отправляться домой. Тогда же Вадим заговорил с купцом о деле. Однако Ширваз, едва только услышал о товарах, всплеснул руками и с хитрой улыбкой заявил:
— Я уж подумал, что ты не вспомнишь о деньгах.
В этот приезд вы привезли товаров на восемь тысяч золотых. Но, зная твою способность торговаться, я заплачу тебе десять. И давай больше не будем говорить о делах. Вы собираетесь уходить, и я хочу, чтобы вы как следует запомнили этот вечер.
Согласившись, Вадим втихаря покосился на замершего Брока и с усмешкой ответил:
— Мы будем помнить каждый наш приход, друг мой. Лучше скажи, что привезти тебе в следующий раз?
— Всё, что сможете закупить.
Ты же знаешь, я смогу продать любой товар, привезённый с севера.
Ширваз дал знак слугам, и Вадим в очередной раз убедился, что купец действительно делает всё, чтобы они регулярно приходили к нему. Стол просто ломился от всяческих яств и деликатесов. Только вин было пять сортов. Каждого из гостей обслуживала красивая девушка, и вскоре все сидевшие за столом забыли о том, что на завтра назначен отход.
Застолье, продлившееся до самого утра, закончилось только в порту, где купец вместе с северянами выпил на посошок и потом долго махал им рукой вслед.
Нещадно зевавший Рольф, оперевшись локтем о борт, задумчиво посмотрел в сторону персидского берега и, вздохнув, тихо сказал:
— Это как же у человека голова должна быть устроена, если он даже из знакомства с нами умудряется деньги делать?
— Он купец, брат. И этим всё сказано, — усмехнулся в ответ Вадим.
— А что будут помнить о нас там, в том, твоём времени? — неожиданно спросил Юрген.
