— Так вот, твой хвалёный Сигурд сдох сам, не выдержав допроса. Его никто не казнил. Больше того, я даже не спросил его, зачем он предал нас.
— Всё равно. Кормчего трогать нельзя, — упрямо покачал головой воин.
Плюнув, Олаф приказал уводить корабли на ночёвку. К берегу. Но утром его ждало новое разочарование. Пользуясь темнотой и разыгрывающейся непогодой, пленники бежали, вырезав изрядно напившуюся охрану и прихватив с собой один из кораблей Рыжего. Такой наглости Олаф не ожидал. Первым его порывом было броситься в погоню, но, едва взглянув на океан, он понял, что это бесполезно.
Шторм набирал силу, заставляя все корабли жаться к берегу, и выходить в море в такую погоду было равносильно самоубийству. Он так и стоял на берегу, сжимая кулаки в бессильной ярости и в полный голос проклиная море, богов и свою удачу.
* * *Крик вахтенного сорвал воинов с постелей. Похватав оружие, северяне натягивали кольчуги прямо на голое тело и выскакивали на улицу. Выскочив следом за кормчим, Вадим кое-как расправил на груди кольчугу и, взмахнув секирой, помотал гудящей от вина головой.
Заметив его жест, Юрген мрачно усмехнулся и, застёгивая пояс, проворчал:
— Забудь про голову. Главное — держись рядом и секирой орудовать не забывай.
— Что случилось? Кто напал? — хриплым от сна голосом спросил Вадим.
— В бухту корабль входит. Чей — не знаем. Так что или рубиться, или разговаривать будем, — усмехнулся кормчий, старательно всматриваясь в парус вошедшего в бухту корабля.
— Да это же драккар Леворукого, — раздался удивлённый голос глазастого Свена, и Вадим облегчённо перевёл дух.
Драка отменялась. Но теперь нужно было срочно выяснять, как этот корабль тут оказался и кто рассказал Сигурду об этой бухте. К удивлению всех стоявших на палубе, следом за кораблём Сигурда в бухту вошёл ещё один корабль. На этот раз с другим парусом."
"— А вот это цвета Рыжего, — тихо проговорил Юрген, медленно обнажая меч.
— Только этого не хватало, — протянул Вадим, быстро осматриваясь.
— Чего потерял? — раздалось у него над ухом.
— Смотрю, успею до «греческого огня» добраться, или придётся врукопашную идти, — ответил Вадим, не оглядываясь.
Он и так отлично знал, что так гудеть в ухо мог только один человек — огромный Рольф.
— Погоди поджигать. Что-то странное тут творится, — остановил его Юрген.
Спустив паруса, оба корабля на вёслах подошли к берегу и, встав на киль, замерли. К удивлению оборонявшихся, с них сошёл всего один человек.
