Причем знаешь, у него рассвет – это когда на небе чуть просветлело и звезды начали исчезать, а не когда солнце встало. Жалко, что у него времени нет, он так хорошо всё показывает.
− У него много дел на службе, − прошептала Вилия, мягко улыбаясь. – Он не специально.
− Знаю я, − буркнул Арон, спрыгивая на пол. – Только всё равно обидно, а ты что, тоже уже осознала, что он хороший?
− Не знаю, − тихо ответила Вилия. – А ты думаешь, что это правда так?
− Уверен! – заявил мальчишка, возвращая книгу на полку.
– Он честный и очень сильный, настолько, что не выставляет это напоказ, к тому же, Вили, он реально о нас заботится! Когда кому до нас вообще было дело?
Он развел руками, глядя на сестру.
− Наверно, − тихо ответила женщина, поглядывая на темнеющее небо. – Я хотела сказать, что увижу сегодня отца, может ты хочешь что-то ему передать?
− Отца? – пораженно спросил Арон. – Ты правда увидишь отца? И это не опасный заговор?!
− Нет, мне позволят поговорить с ним, вот только что сказать ему, я не знаю, − призналась Вилия, неловко пожимая плечами.
– Он ведь и сам должен понимать, что нужен нам.
Арон скривился, отворачиваясь.
− А мы ему нужны? Вот это у него и спроси, − буркнул он. – За эти пару дней твой эштарец, не имея на то времени, сделал для меня больше, чем отец за всю мою жизнь.
− Арон, что ты такое говоришь? – с ужасом спросила Вилия.
– Он всегда любил тебя и делал всё для твоего будущего.
− Он делал всё, чтобы я соответствовал его взглядам, − буркнул Арон.
− Но Энрар же делает то же самое, просто тебе сейчас нравится учиться у него. Вспомни, как ты злился из-за эштарской одежды. Это ведь он заставил тебя.
− Вили, ты всё путаешь! – строго сказал мальчик, стараясь выглядеть взрослым. – Отец не решал, что именно мне носить, но он решал, как я должен думать, чтобы соответствовать его принципам, а сейчас мне разрешено чувствовать и думать то, что я сам считаю верным, понимаешь?!
− Нет, − призналась Вилия, которой напротив казалось, что всё вокруг на нее давит, заставляя быть несвободной даже в собственном сознании.
− Тогда откажи эштарцу и увидишь всё сама, − фыркнул мальчик, словно всезнающий мудрец и тут же заявил: − Я спать, а отцу скажи, что я не хочу, чтобы его убили. Это будет глупо.
