Однако бросилось в глаза нечто совсем иное, а в частности то, что бродившие по лагерю люди ведут себя как-то странно. В глазах вновь слегка поплыло, но я постарался удержать мысль.
Во-первых, они ни на секунду не останавливались, во-вторых, не разговаривали друг с другом и даже не перебрасывались фразами, а просто бесцельно слонялись по вершине холма в натуральном броуновском движении… разве что не сталкивались друг с другом. Было и ещё кое-что в их поведении, что сложно было не отметить. «Чёрно-белые» постоянно смотрели на то место, где был заглублён наш блиндаж.
Причём чуть ли не сворачивали себе шею, когда двигались в противоположную от него сторону.
Впрочем, я всё же решил не спешить с гусарско-кавалерийским налётом и для начала проверить тачку, в которой они приехали к нам в гости. Быть может, Касимову уже давным-давно упаковали в индивидуальный ящичек, и в то время, когда я буду грудью лезть на пули, какой-нибудь чёрно-белый джигит увезёт мою подружку в далёкие дали, в полном соответствии с древнекавказскими традициями.
Пригибаясь, я по широкой дуге начал обходить наш холм против часовой стрелки. Расстояние от лагеря по прямой было примерно метров пятьсот, и так как я старался быть незаметным и двигался перебежками от куста к кусту, аки заправский спецназовец, попутно пытаясь всё же засечь притаившихся среди зелёнки вражин, то времени у меня на это ушло порядочно.
Впрочем, когда я добрался и притаился неподалёку от внедорожника, ситуация в лагере не изменилась. Чёрно-белые всё так же бесцельно мотались туда-сюда среди выгруженных и частично разбитых моим «Карателем» ящиков с боеприпасами и даже не думали менять своё поведение.
Какой-либо охраны у машины не наблюдалось, а потому я, выждав для приличия пару минут, метнулся к ней. Всё-таки я не угадал, модель немножко отличалась от той, на которой уехал Пётр. Открытый салон оказался девятиместным, а вот кузов был куда меньше. В центре него был смонтирован странный прибор, чем-то отдалённо напоминающий глобус, с основанием, увитым латунными трубками разного диаметра, на ось из которых и нанизывался огромный шар, выполненный из похожего на мрамор камня.
Причём сходство усиливало ещё и то, что на нём были вырезаны самые натуральные материки, с горами, лесами и реками, омываемые морями и океанами. Имелись и надписи, выполненные тёмно-бежевым полированным металлом на незнакомом мне языке. Причём шрифт отчего-то очень сильно напомнил мне тот, который профессор Толкиен придумал для своих эльфов.
