– Сын священника? – удивлённо переспросила меня Нина, резко остановившись, а затем приподняла зонтик и уставилась на меня широко раскрытыми глазами.
– Да, отца Василия из Чулымского прихода храма Рождества Пресвятой Богородицы, Новосибирской метрополии, – я даже задержал дыхание, ожидая реакции, однако то, как повела себя «заяц», не мог даже предположить.
– Слава богу! – облегчённо выдохнула она и улыбнулась мне милой открытой улыбкой. – Значит, всё хорошо!
– И… тебя не смущает, что я не благородный? – немного удивился я.
"
"Задавать другие родившиеся у меня вопросы я не стал. Незачем, не ко времени, да и не стоит выспрашивать у девушек то, чего они явно не хотят говорить. Будет время, захочет, скажет.
– Ни капельки! – фыркнула она, продолжив движение. – Знаешь… мой папа всегда говорил, что нынешняя аристократия всего лишь вынужденная мера, введённая для стабилизации общества после Третьей мировой и Первой Магической. По сути, все наши благородные господа всё те же простолюдины, только наделённые малой толикой власти и уже возомнившие о себе невесть что.
По его словам, должно пройти ещё уйма времени, прежде чем сословия по-настоящему отделятся друг от друга. Если, конечно, такое вообще произойдёт. Всё же социальные лифты никто не отменял.
– У тебя мудрый отец… – уважительно произнёс я.
За разговором мы остановились у парапета, ограждённого изящной кованой оградой, и я посмотрел вниз. Почти от самой стены концертного зала и до моей общаги раскинулся огромный яблоневый сад, из зелёных крон деревьев которого то здесь, то там торчали крыши зданий, беседок и павильонов.
Внизу дежурных не наблюдалось, и я очень сомневался в том, что они словно партизаны прячутся среди деревьев.
– Может, поищем пожарную лестницу? – предложил я, с сомнением посматривая на маленькую фигурку «зайца» и её студенческую юбку, лишь слегка прикрывающую колени.
– Не стоит. Я и здесь смогу спуститься, – девушка верно оценила мой взгляд.
– У меня есть нужное заклинание.
Произнеся это, она быстро нажала что-то на маленьком экранчике её ПМК-зонтика, и фигурка Нины окуталась мягким розовым свечением. Затем «зайка» вздёрнула носик, слегка покраснев, нахмурилась и красноречиво положила руку на подол.
– Только я пойду первой! – заявила она. – И отвернись, пожалуйста!
– Не вопрос! – ответил я, выполняя просьбу, и посмотрел в ту сторону, лишь когда услышал тихое шуршание.
