– Заберет у нас Кирюшку, и мы ничего не сможем сделать. – И повторила трагическим тоном, сложив жестом отчаянья ладошки замком: – Ничего не сможем! Он все еще считает тебя своей собственностью и не потерпит никакого мужчину рядом с тобой. Тем более беременность!
– И что теперь? – разозлилась Марианна напоминанию о ситуации, в которую попала. – Перестать жить? Аборт делать, чтобы, не дай бог, не огорчить Константина Аркадьевича? – И резко отрезала: – Даже мимолетно думать об этом не собираюсь. Пошел он!
– Вот что! – осенило вдруг Елену Александровну неожиданной мыслью.
– Скажем ему, что ты сделала искусственное оплодотворение, это, как его? ЭКО, вот! – И тут вдохновилась всерьез этой идеей, дав полную свободу своему воображению. – А что, отличная мысль. Объяснишь ему, что ты обиделась на то, что эта его Ирэна малолетняя ждет ребенка, а тебе он не дал родить третьего, когда ты хотела.
– Когда это я хотела? – подивилась Марианна.
– Ну помнишь, ты рассказывала, когда Кирюшке года полтора было, что ты Константину сказала, мол, для полного комплекта не хватает только дочки, а он тебе ответил: ни в коем случае.
– Не помню, – честно призналась Марианна, – да даже если и сказал, то это было не всерьез.
– Да какая разница! – отмахнулась Елена Александровна, захваченная своей идеей. – А мы скажем, что ты приняла его отказ всерьез. А сейчас вот обиделась: тебе, значит, он запретил, а с молодухой решил рожать еще одного ребенка. Вот ты и решила сделать ЭКО. По-моему, отличная идея.
– Сериальная латиноамериканская мелодрама рулит.
Никакой там Хуан в кустах не разыскивает свою потерянную возлюбленную и незаконнорождённого ребенка? – со всей серьезностью поинтересовалась Марианна, давая оценку столь смелой драматургии, предложенной мамой.
– Ну а что ты предлагаешь? Как ты ему будешь объяснять свою беременность? – обиделась Елена Александровна.
– Ну, помимо забывчивого Хуана и ЭКО, есть как минимум еще два варианта, – со всей серьезностью выдвинула предложение Марианна.
– Какие? – заинтересовалась мама.
– Привычный: «ветром надуло» и более экзотический: «голубь принес», – перечислила Марьяна."
"– Какой голубь? – посмотрела недоуменно на дочь Елена Александровна.
– Белый, – все на том же полном серьезе ответила ей дочь. – Ну тот, который благую весть приносит о непорочном зачатии.
– Да ну тебя, – осерчав, с досадой отмахнулась Елена Александровна. – Все шуточки, а делать-то что будем?
– Ничего мы не будем делать, мам, – вздохнув, ответила Марианна.
