– Прости, что не смог защитить от него ни тебя, ни Кирюшку. – И, уткнувшись в воротник ее куртки, спрятал предательские слезы.
– Ничего, папочка, ничего, – утешала его Марианна, поглаживая по большой, надежной спине и обещая что-то туманное: – Мы справимся, и все наладится.
Оставшийся день субботы тянулся бесконечно медленно для подавленных после неожиданного визита бывшего зятя родителей и для самой Марианны, понимавшей, чувствовавшей и переживавшей, как рушится сейчас, погребая под обломками всякую радость и надежду, ее жизнь.
Рушится по воле одного человека, которому доставляет садистическое удовольствие держать ее на коротком поводке, периодически дергая за который, тот напоминает, кто в ее жизни настоящий хозяин.
Права мама – сволочь!
После этой встречи в душе Марианны ничего не осталось хорошего и теплого к этому мужчине – ничего, даже ненависти, только выжженная пустыня какой-то вонючей гадливости.
А потом позвонил Ян и поинтересовался с осторожным оптимизмом, встретятся ли они сегодня.
Если бы он позвонил сразу после отъезда Кирта, Марианна отказалась бы, настолько опустошенной, какой-то испачканной и бессильной чувствовала себя в тот момент. Но Ян позвонил ближе к вечеру, через несколько часов после неожиданного визита Константина, и она ответила согласием, приняв для себя самое тяжелое за всю свою жизнь, но окончательное решение.
– Привет. – Стаховский притянул ее к себе и усадил на колени, когда она, под прикрытием настоящей, не городской ночной темноты, вышла за калитку.
Намеревался сказать что-то еще, но Марианна накрыла его губы ладошкой и попросила:
– Ни о чем не спрашивай, ладно? И ни о чем не говори, – шептала она совсем близко у его лица. – Не сейчас.
– Хорошо… – пообещал Стаховский тоже шепотом.
Нажал на рычаг управления коляской, и они поехали к его дому.
И еще долго ни о чем не говорили, издавая лишь звуки, сопровождающие восторг и восхищение, когда двое людей дарят друг другу потрясающие ласки, наполненные эротическим трепетом, и тонут в невероятной нежности и сексуальности, растворяясь друг в друге, и победные громкие стоны, когда достигают своей вершины…
– Марьяночка… – предпринял новую попытку что-то сказать, объяснить Ян, когда отдышался и немного пришел в себя после потрясающего оргазма, но она снова остановила его.
– Тише… – прошептала Марианна, вновь накрывая его губы своими тонкими пальчиками. – Мне сейчас так необыкновенно хорошо, так прекрасно.
