– Костя, – напомнила ему Марианна, – мы прожили с тобой, м-м-м, в этом году было бы двадцать лет. Неужели за это время ты не понял, какой я человек?
– Все это лирика, Марьяна, – отмахнулся Кирт. – Когда речь идет о таком уровне финансов и бизнеса, всякие рассуждения о высокой духовной нравственность и морали – не более чем красивая обертка для судебного выступления адвокатов. Кстати, – снисходительно улыбнулся он, – если ты уперлась разводиться, то не рассчитывай, что я оставлю тебе Кирилла. Не думаю, что ему следует жить с матерью, которая разрушила семью.
– Я разрушила? – спросила, сдерживая эмоции, Марианна.
– Разговор окончен. – Константин поднялся со своего места и ушел, не прощаясь ни с ней, ни с сыном, игравшим в своей комнате."
"И после этого визита Кирта и того их первого разговора о разводе и началась полная беспредельная хрень. Ну, не адский ад, который проходят многие бывшие жены богатых-властных мужчин, и не война прямо уж такая беспощадная, но как в одном КВН шутка была: «Пиши мой царский указ – дать татарам мзды».
Вот господин Кирт и сделал отмашку своим адвокатам дать строптивой жене той самой «мзды».
И потянулись судебные разбирательства и атаки на бизнес Марианны, школу-студию трясло от бесконечных проверок санэпидемстанции, пожарных, налоговиков, социальных служб и министерства культуры на пару с образованием. Кирилла несколько раз забирала из садика охрана Константина и увозила бог знает куда, и Марианна не видела сына неделями, тщетно пытаясь вернуть ребенка.
Но это было еще не все «цветочки-ягодки».
– Знаешь, – усмехнулась невесело Марьяна, – непоколебимую уверенность в том, что твой дом – это твоя крепость, твое личное защищенное пространство, безжалостно ломают ограбление, обыск и развод. Однажды мы с Кирюшкой, которого мне удалось, очередной раз уговорив Константина, вернуть на некоторое время себе, приехали домой после недельного отдыха в Сочи, а ворота с пульта не открываются. И тут выходит какой-то новый, неизвестный мне охранник и спрашивает грозно, что нам, собственно, надо.
Я, сильно подивившись, уверенно так заявляю: попасть домой. Тогда он говорит: это не ваш дом, а он, мол, сейчас позовет настоящую хозяйку. Нормальненько так, да? И что, выходит на улицу, так и не пустив нас за ворота, Ирэна, молодуха наша раскрасавица, и сообщает, что теперь в этом доме живет она с Константином Аркадьевичем, который распорядился, чтобы я оставила Кирилла здесь, ну а сама могу деваться… далее по тексту.
