Что только не предпринимали родные и близкие, коллеги и друзья Михаила, чтобы помочь доктору Лазареву, даже родственники погибшей девочки не верили в его причастность и коллективное заявление в полицию писали о его невиновности – бесполезно. Местное высшее руководство требовало немедленного раскрытия громкого дела, а поскольку раскрыть его не было возможности, а еще больше желания, то Михаила и назначили главным виноватым.
Мужика допросили с тщательным пристрастием, не гнушаясь методов, не добились ничего, но в принципе им его признание и не требовалось, сляпали дело – и привет, получите пятнадцать лет в колонии строгого режима.
В статусе убийцы-насильника-педофила.
Просвещенные бесконечными ментовскими сериалами, жители нашей страны отлично понимают, что ждет человека с такой статьей на зоне. Лазарева спасло от смерти, но не от полного пакета издевательств лишь то, что он доктор, не лишенный врачебной лицензии. Да еще то, что через пару лет, оценив мужество и стойкость, с которой «лепила» противостоял и выносил издевательства, которым его подвергали зэки, «смотрящий» зоны, вор, уж в законе там или нет, бог ведает, но главный в том «содружестве» мужчин, сделал «запрос» через братву по делу Миши, а получив ответ, дал отмашку доктора больше не гнобить, понимая, что он к этому делу не причастен никаким боком.
И сделал-то это не по доброте душевной и по законам каким-то там воровским, а лишь потому, что лепила реально спас ему жизнь, когда вор загибался от перитонита.
Вот первым делом, которым занялся Ян, когда полностью укомплектовал для работы необходимым оборудованием кабинеты квартиры и дома, это решение вопроса Михаила.
Талант, азарт, огромные познания, непростые умения, знание законов и систем работы юридических контор, судов, госучреждений и прочая, прочая – и Стаховский запустил механизм пересмотра дела.
От Михаила потребовалось только собственноручно написанное заявление. Кстати, далеко не первое. А дальше все сделал Ян, не выходя из дома: заявка на проведение ДНК-теста и более тщательное изучение вещдоков криминалистами вдруг обнаружились в компьютере полицейского управления, постановление о пересмотре дела легло на те начальственные столы, на какие требовалось, и так далее, так далее.
Через полгода Мишу освободили, реабилитировали, восстановив во всех гражданских правах, полностью сняв с него судимость и обвинения. Не извинились, но компенсировали материальный ущерб, правда, в минимальных величинах. Выпустили – и хватит с тебя.
