Они уж точно не ходят по таким магазинчикам, как тот, где мы познакомились, и выглядят несколько иначе, чем я.
— Почему же… встречал, даже встречался по молодости с одной… именно поэтому ты все никак не вписывалась в созданный образ. Постоянно выбивалась из него. Теперь понятно, почему. И дело даже не во внешности.
— Нет, я не думаю, что мое детство имеет к этому отношение, — покачала головой.
— Еще какое… ты просто не до конца понимаешь. Особенно не вписывается ни в какие рамки вот это твое какое-то бесбашенное стремление сбежать от меня любой ценой.
Это качество редко появляется просто так, если человек растет в тепличных условиях.
Наверное, есть доля истины в его словах… ему видней, все-таки старше меня намного. Я не могу судить в виду недостаточного опыта.
— По-моему, инстинкт самосохранения может проявиться в любом человеке совершенно с неожиданной стороны. И в этом нет ничего удивительного. Вот ты, например, мог бы сдаться властям, но решил скрыться здесь.
Прищурился. А я пожалела, что разговор перешел к столь скользкой теме. Ему могло показаться, что я осуждаю подобный выбор. Но, на самом деле, это совсем не так. Я наоборот — понимаю, как никто другой. Потому что сталкивалась как с органами внутренних дел, которые, даже желая помочь, вынуждены следовать определенным процессуальным требованиям, так и с преступным миром. Да, для меня все закончилось хорошо, но это большая редкость. С тем же успехом все могло обернуться катастрофой.
Если б тогда наш враг оказался чуть умнее и не пересек дорогу «важным» людям, нам бы никто не стал помогать.
Вот и с Никитой такая же беда, весь вопрос в том, хватит ли у него и его друзей связей, чтобы вытащить из той ямы, которую он сам же и вырыл из благих побуждений.
И я абсолютно точно готова подключить своего брата для помощи. Вернусь и буду уговаривать его впрячься всеми правдами и неправдами. И чем быстрее Ник меня найдет, тем больше шансов, что поможет.
Не сразу, конечно. Сначала будет очень зол. Но когда отойдет, я уж постараюсь.
— Ты не поверишь. С недавних пор очень жалею об этом. — В его голосе слышалась злость вперемешку с усталостью. — Сижу здесь, ничего не могу ни сделать, ни изменить. Даже элементарно узнать, что происходит. Еще погода дурацкая. Но хуже всего — тебя втянул.
— Разве за решеткой было бы иначе? — Я положила руку на его сжатый кулак, успокаивающе поглаживая.
