Его появление, его просьба она была напрочь абсурдна.
То есть даже если бы он сейчас появился и сказал мне о том, что я передумал, я забираю всю недвижимость, я бы и то меньше удивилась.
Но он стоял, смотрел на меня, как будто бы все тот же муж, как будто бы просто выходил куда-нибудь в магазин за сигаретами. Он стоял, смотрел на меня, говорил со мной тем голосом, которым обычно общался. И не понимала, что же я не испытываю счастья от этого.
— Олег… Я либо хочу узнать, все у тебя в порядке или нет, либо мы с тобой обсуждаем всю эту ситуацию.
— Вик, я не собираюсь с тобой обсуждать всю эту ситуацию. Вот скажи, какие ты объяснения от меня хочешь? — Нервно, зло и раздражённо быстро начал говорить бывший муж и, качнувшись с пятки на носок, дотянулся и залил кипятком заварку. Переставил чашку на стол и вздохнул. — Какие ты от меня объяснения хочешь услышать? Вот ситуация произошла. Меня застали за изменой. Что я должен объяснять? Что я должен был ходить и рассказывать о том, что это не я, меня подставили, нет.
Вика, я поступил как очень честный человек.
На этих словах у меня под ложечкой засосало, я дважды моргнула, стараясь прогнать ощущение песка из глаз, и сделала шаг в сторону, опираясь бедром о стол.
— Я поступил достаточно благородно. Я не стал вводить тебя в заблуждение. Я не стал рассказывать тебе какие-то небылицы о том, что меня могли опоить, отравить, изнасиловать. И вообще, я здесь не виноватый, нет.
Я очень честный человек, я ответственный. За мной был косяк, и я эту ответственность понёс, понимаешь? Косяк есть измена, ответственность заключается в том, что семья распадается, но эту семью я не бросаю. Вот я не знаю, какие тебе ещё нужны объяснения и так далее. Ну, прими просто как данность, что не все люди твари. Вот у тебя муж вот такой хороший, честно пришёл, сказал, что да, так оно и есть. Насиловать я тебя не буду, потому что физическое насилие ты как бы ещё докажешь, но, а вот у морального извините, нет никаких побоев.
Муж собрался и ушёл все. Так с чего ты решила, что нам ещё о чем-то есть в этой ситуации говорить?
А меня вдруг скрутило таким болевым спазмом, что я аж зажмурила глаза…
О честности он говорил.
Олег. — Вздохнув, я тихо произнесла: — о какой честности может идти речь?
Муж в непонимании вскинул брови, явно жаждя от меня продолжения, и я выдала.
— Грош цена твоей честности.
