– Ты нормально себя чувствуешь? – раздраженно поинтересовалась я, – Что ты вообще хочешь от меня услышать, я не пойму!
– Что, богатенького тебе захотелось? С обычными мужиками встречаться – это не для принцессы, да?
– Чего? – опешила я, – Вань, ты в своем уме?
– Я-то в своем. А ты всего-то мужика при бабле нашла и уже звезду поймала. Что, понравилось, как проститутке за деньги отдаваться? – осклабился Ваня, а после резко дернул меня к себе за руку, – Так я ведь тоже заплатить могу.
За один раз как минимум.
Во все глаза я смотрела на Ваньку и даже не понимала, что сказать. Только в груди снежным комом нарастала обида.
– Мужик, руки-то попридержи. Не твое – не лапай, – пробасили рядом.
Резко развернувшись, я натолкнулась взглядом на Дениса. Нос у него был заклеен, да и вообще он выглядел изрядно измятым, как после серьезной взбучки. Мне он не нравился, но я не смогла сдержать вздох облегчения, когда увидела его.
– Так вот, как выглядит твой хахаль, – цыкнул Ваня насмешливо, но руку мою отпустил.
– Тебе какое дело, как ее хахаль выглядит? Зубы что ли жмут, студентик, я не понял?
– Не думал я, что ты ради денег готова под такое быдло ложиться, – скривил губы в презрительной улыбке друг.
– Че, так сильно завидуешь? – загоготал Денис, – На ее месте хочешь оказаться? Ну так ты для начала позу покорную прими – на колени и рот открой. А я там уж подумаю, годишься ты в содержанки или даже сотки баксов не стоишь.
Лицо Вани пошло пятнами от гнева.
– Знаешь что? – прошипел он мне в лицо, начисто игнорируя Дениса, – я всегда знал, что ты шлюха продажная!
На оскорбление тело отреагировало моментально. Несмотря на то, что слезы уже почти подступали к глазам, я залепила Ване такую пощечину, что у того голова мотнулась в сторону и ладонь загорелась от силы удара.
– Э нет, птаха, не дело об него руки марать, – ласковым голосом произнес Денис и осторожно подтолкнул меня в сторону выхода, – Топай в машинку, а я пока с этим уродом поговорю.
Взглянула на своего бывшего друга в последний раз и, развернувшись, пошагала к внедорожнику. Только забираться в салон не стала – внутри все разъедало от обиды, как будто я глотнула кислоты, и я торопливо стирала злые слезы, которые сами собой текли из глаз. Только отвернулась от школы, чтобы добрые коллеги не увидели, что я плачу. Нечего им доставлять столько радости.
