Вот и одна из многочисленных комнат-убежищ, устроенных дальновидным Данте.
Пройдя по толстому белому ковру, составляющему элегантный контраст черным и серебристым цветам декора, Вайпер опустил свою восхитительную ношу на огромную кровать.
— Вот так. Довольна?
Распростертая на черных шелковых простынях Шей попыталась сесть.
— Нет.
— Ах! — Усмехнувшись, он осторожно лег на постель, накрыв ее тело своим. — А теперь?
В трепещущем пламени свечей ее кожа отливала бронзой, а глаза горели чистым золотом. Вайпер онемел от восхищения.
За всю жизнь ему не доводилось видеть ничего прекраснее.
Он потянулся к ненавистной косе и начат распускать шелковые пряди. Ему хотелось видеть, как ее волосы прольются водопадом на подушки.
Несомненно, Шей почувствовала витающее в воздухе томительное напряжение, потому что взгляд ее сделался тревожным.
— Что ты делаешь?
Его пальцы решительно растрепали черную косу.
— Ведь я предупреждал, что накажу тебя, если ты попытаешься открыть шкатулку.
— Я просто ее рассматривала.
Он сверкнул ослепительной улыбкой.
— Могу показать тебе нечто куда более интересное.
Как он и ожидал, ее щеки залил восхитительный румянец.
— Подумаешь, — буркнула она.
Он взял прядь черных волос и вдохнул их нежный аромат.
— Всего несколько часов назад ты находила меня весьма интересным.
— У меня была травма. После битвы с Лю моя голова плохо соображала.
— Значит, травма?
— Да.
Вайпер коснулся ее губ легким поцелуем.
— А сейчас? — Он тихо засмеялся. — Сейчас ты тоже травмирована?
Золотые глаза заволокло дымкой.
— Должно быть.
У него не оставалось сомнений — Шей хочет его.
— Почему? Потому что ты меня хочешь?
— Да.
Путь к отступлению был отрезан.
— Лунный шелк, — тихо сказал он, ловя зубами ее нижнюю губу. — Неудивительно, что я околдован.
— Околдован? — Вайпер чувствовал, как шевелятся ее губы. — Мне казалось, ты терпеть не можешь магию.
Он очертил языком линию ее губ.
— Эта магия мне нравится. Очень, очень нравится.
— Вайпер…
Шей подняла руки, словно собираясь оттолкнуть его.
Он был готов получить отказ, но, странное дело, поколебавшись, она медленно, ужасно медленно, скользнула руками под халат и стала гладить напряженные мышцы его груди.
Прикосновения были невесомы и робки. Но и этого хватило, чтобы тело воспламенилось желанием.
— Да, — прошептал он, впиваясь в ее губы настоящим поцелуем. Игра закончилась.
Нетерпеливо сбрасывая халат, Вайпер зарылся пальцами в черный шелк волос и начал покрывать жадными поцелуями нежную шею.
