— Хочешь сказать, его исцелила кровь отца Шей?
— Да.
Вайпер стиснул зубы — новая судорога свела его руки нестерпимой болью.
— Если все в прошлом, почему он снова болен? — спросил Вайпер.
К его удивлению, Стикс начал расхаживать туда-сюда по грязному сырому полу. Его развевающийся черный плат не мог скрыть, как поникли его плечи, словно под гнетом огромной тяжести. Он молитвенно склонил голову:
— А это важно?
Вайпер даже забыл о собственных страданиях — его охватила безумная ярость.
— О да, это крайне важно, учитывая, что ты собираешься убить женщину, которую я люблю.
Он даже попытался его ударить. Стикс заметно вздрогнул.
— Я… сожалею о такой необходимости. Даже не представляешь насколько. Но подумай, что будет, если Анассо умрет! — Стикс медленно повернулся к Вайперу. На его мертвенном лице было написано отчаяние. — Вампир пойдет на вампира. Одни захотят господствовать, другим просто захочется вернуть старые деньки. Мы захлебнемся в крови наших кланов, а победу будут праздновать шакалы.
— Шакалы? — Вайпер нахмурился.
— То есть оборотни?
— Они сбились в стаю под властью нового короля. Молодого и отчаянного оборотня, который мечтает вернуть себе право называться хозяином ночи, — мрачно пояснил Стикс. — Лишь страх перед Анассо удерживает их оттого, чтобы не выть у нас под дверью.
Вайпер тихо покачал головой. Кровь святых! Неужели Стикс так слеп? Неужели он так долго прятался в этих мрачных пещерах, что потерял представление о том, что творится в мире? Он зарычал:
— Ну и дурак же ты, Стикс!
Темные глаза угрожающе сузились.
— Несомненно, многие бы с тобой согласились, да только не глядя мне в лицо.
— Открой глаза, старый приятель, — прохрипел он. — Не Анассо удерживает вампиров от того, чтобы растерзать друг друга. И не он держит оборотней в своем кулаке.
Его слова, казалось, потрясли Стикса, как богохульство! Впрочем, для него это и было богохульство. Он посвятил Анассо свою жизнь. Вероятно, это затмило ему все остальное.
— Конечно, он! — принялся настаивать Стикс. — Кто же еще вел нас к славе?
— Возможно, Анассо действительно был нашим вождем, но никто не видел его и не говорил с ним уже много веков.
От него осталась смутная тень, как напоминание о подвигах прошлого.
— Они его боятся. Боятся его силы.
— Нет, Стикс, они боятся тебя. Тебя и твоих Воронов. Это вы правите вампирами, хотите того или нет.
Стикс оцепенел, глядя на Вайпера с ненавистью.
— Это измена.
— Это правда, — поморщился Вайпер, едва в состоянии держать голову прямо.
