Так для меня выглядит утопия: мир без насилия и трагедий, где все живут вечно или хотя бы до тех пор, пока, живя счастливой и наполненной жизнью, сами не решают, что пора бы отправиться на следующий этап.
Пенни отвечает мне на своем птичьем языке.
Из соседней комнаты выходит Лидия.
– Почему ты желаешь Пенни бессмертия и мирового господства, если она еще только учится говорить «один» по-испански?
– Потому что хочу, чтобы она жила вечно, само собой, – улыбаюсь я. – И сделала всех остальных своими приспешниками.
Лидия вскидывает брови. Потом наклоняется, поднимает с пола Пенни и протягивает ее мне.
– Даю Пенни за твои мысли. – Мы оба морщимся от неудачной шутки. – Эта фраза никогда не будет смешной, да? Я продолжаю ее повторять в надежде, что в этот раз сработает, но нет.
– Может, в следующий раз, – говорю я.
– На самом деле можешь не делиться со мной мыслями. Если хочешь, забирай Пенни просто так, забесплатно. – Она переворачивает Пенни лицом к себе, целует ее глазки и щекочет под мышками.
– Мамочка имеет в виду, что ты бесценна, малышка Пенни. – После чего вполголоса добавляет: – Самая дорогущая из всех бесценных малышек в мире. – Лидия сажает Пенни обратно к телевизору и продолжает уборку.
Мои отношения с Лидией отличаются от тех, что показывают в кино, или от тех, что обычно бывают между друзьями. Мы до смерти друг друга любим, но не говорим об этом. Все и так понятно. Разговоры часто выходят неуклюжими, даже если вы знакомы уже восемь лет. Но сегодня мне придется сказать больше чем обычно.
Я поднимаю упавшую рамку с фотографией Лидии и Кристиана.
– Знаешь, Кристиан страшно бы тобой гордился. Ты – шанс Пенни стать счастливой в мире, полном дешевых обещаний и нулевых гарантий. В мире, который не всегда вознаграждает тех, кто ни разу не ошибался. В том смысле, что мир способен изгадить жизнь хорошему человеку так же легко, как и не совсем хорошему, но ты все равно бескорыстно посвящаешь кому-то все свои дни без остатка. Не все запрограммированы так, как ты.
Лидия перестает подметать пол.
– Матео, с чего вдруг вся эта внезапная лесть? Что происходит?
Я несу бутылку сока к раковине.
– Все в порядке. – И будет в порядке. Все у нее будет хорошо. – Наверное, я скоро пойду. Подустал.
Я не обманываю ее.
Лидия напряженно моргает.
– Прежде чем уйдешь, помоги мне, пожалуйста, еще кое с чем, ладно?
Мы молча доделываем дела в гостиной. Лидия соскребает овсянку с подушки, я протираю пыль с кондиционера.
