– Где бы вы сейчас были, если бы не роль в «Болоте драконов»? – спрашивает Сэнди."
"– В буквальном смысле? В Сан-Хуане рядом с моими родителями. В профессиональном… Кто знает.
– Вопрос получше, – встревает Делайла. Сэнди зла, и Делайла перекрикивает ее. – О чем вы сожалеете?
– Прошу за нее прощения, – говорит Сэнди. – Я ее немедленно уволю, и она выйдет из машины на следующем же перекрестке.
Хоуи поворачивается к Делайле:
– Я люблю то, чем занимался в жизни. Но совершенно не понимаю, кто я за пределами аккаунта в твиттере и злодейского образа, созданного для экранизации книжной серии.
– Что бы вы сделали иначе? – спрашивает Делайла.
– Скорее всего, не снялся бы в том дерьмовом фильме, рассчитанном на студенток колледжа. – Хоуи улыбается, удивленный собственным чувством юмора в свой последний день на земле. – Я бы делал только то, что для меня много значит. Как фильмы про Скорпиуса. Экранизация была совершенно уникальная. Но мне следовало использовать гонорары для общения с людьми, которые мне дороги.
С семьей и друзьями. Я зациклился на переосмыслении собственной карьеры, рассчитывая получить нестандартные роли и вырваться из образа злого мальчика-волшебника. Твою мать, да я в город приехал только для того, чтобы встретиться с издателем еще одной книги, которую даже не писал.
Делайла смотрит на неподписанный экземпляр книги Хоуи, лежащий между ней и ее боссом.
Или бывшим боссом. Непонятно.
– Что сделало бы вас счастливым? – спрашивает Делайла.
Первым делом на ум приходит слово «любовь», и оно поражает Хоуи, как молния, блеснувшая в небе в день безоблачных прогнозов. Хоуи никогда не чувствовал себя одиноким, потому что в любой момент мог выйти в интернет, где его всегда ждали потоки сообщений от поклонниц. Но ведь любовь миллионов и близость с одним, совершенно особенным человеком – вещи абсолютно разные.
– Моя жизнь – это обоюдоострый меч, – говорит Хоуи, и в его словах не слышится, что жизнь его уже окончена, как это обычно бывает у павших духом Обреченных.
– Я оказался там, где оказался, потому что моя жизнь летела на огромной скорости. Если бы я не получил ту работу, может быть, я влюбился бы в кого-то, и это было бы взаимно. Может быть, я был бы настоящим сыном, а не человеком, который думает, что вполне достаточно быть просто пухлым кошельком. Я бы нашел время и выучил испанский, чтобы общаться с бабушкой без маминого перевода.
