Мы можем пожениться через неделю и провести вместе несколько дней, прежде чем я уеду, – рассуждал Брендон с таким видом, словно речь шла уже о решенном деле.
Сирена тяжело вздохнула: сколько бы она ни тянула…
– Хорошо, Брендон. На следующей неделе мы сделаем объявление, – без всякого энтузиазма согласилась она.
Брендон, не заметив ее безрадостного тона, широко улыбнулся.
– Я ждал этого ответа целую вечность! – И вместо того чтобы заключить невесту в объятия, запечатлел на ее руке легкий поцелуй.
– Ты не пожалеешь, Сирена. Я сделаю тебя счастливой. У тебя будет все, что пожелаешь. Только попроси.
Если она чего и хотела, так это подтверждения его чувств в страстном поцелуе. Но просить об этом не собиралась. Прежде чем девушка успела опомниться, Брендон увлек ее по тропинке, подвел к коню и посадил в седло. Стараясь ничем не выдать своего разочарования, Сирена в течение долгой минуты изучала его.
– Брендон, а ты любишь меня? – прямо спросила она.
– Я сделал тебе предложение, Сирена.
– В его голосе слышалось возмущение. – Я уважаю тебя и не могу представить себе другую женщину, которую хотел бы видеть своей женой. По-моему, и без слов ясно, что я люблю тебя.
Они молча возвращались в поместье. Признание Брендона посеяло в ее душе сомнение. Он казался искренним в соответствии со своими понятиями о чести, но ему явно недоставало горячности и воодушевления. Сирена натянула поводья, но Кречет откинул голову назад, недовольный тем, что мерину досталась роль лидера.
Лейтенант оглянулся как раз в тот момент, когда жеребец демонстрировал свой упрямый нрав. Брендон нахмурился, наблюдая за попытками Сирены подчинить коня.
– Сразу после свадьбы надо будет подыскать тебе более покладистую лошадь. Этот жеребец не для женщины.
Терпение Сирены лопнуло, зеленые глаза гневно сверкнули.
– Я вырастила Кречета и не намерена расставаться с ним, пока не придет пора отправить его на покой. И я не потерплю, чтобы ты или кто-нибудь другой указывал, на каком коне мне ездить.
– Голос ее сорвался, и Сирена стиснула зубы, прежде чем окончательно не потеряла над собой контроль.
Брендон удостоил ее снисходительной улыбкой, хотя и знал, что девушка не выносила, когда с ней обращались как с малым ребенком.
– Сирена, – льстивым тоном заговорил он, пытаясь ее успокоить. – Меня волнует только твое благополучие. Этот дьявол в образе жеребца может взбеситься без всякого повода.
