Тусклый свет, падавший из соседней комнаты, отбрасывал неровные тени на резкие черты. Отчаянно пытаясь не думать о буре, свирепствовавшей за стенами ненадежной постройки, Сирена постаралась сосредоточить внимание на мужчине, чье сильное тело вытянулось рядом с ней на узкой кровати.
В ее глазах светилась мольба, неосознанная, жгучая: «Я нуждаюсь в тебе». Несмотря на все свое упрямство и независимый вспыльчивый нрав, у Сирены была своя ахиллесова пята – страх перед грозой. Трейгер не мог отвести от нее взгляда.
Отлично сознавая, что пользуется беспомощностью девушки, он не удержался и прильнул к ее губам, не в силах устоять перед страстью, которую разбудила златовласая плутовка.
Когда их губы встретились, за окном сверкнула молния, и Сирена, забыв о боли, крепко обняла Трейгера, впившись ногтями в твердые мускулы его спины. Пульс ее бешено бился в едином ритме с гулкими ударами его сердца. Горячая властная рука чашею накрыла ее высокую грудь, лаская и теребя вершинку, зажигая огонь, заслонивший страх перед завыванием ветра за окнами.
У Сирены не было ни сил, ни желания противиться его ласкам, она ощущала только великую потребность в утешении, которое дарили его объятия. Осторожно стянув с нее платье, Трейгер проложил дорожку из поцелуев вдоль точеной шеи к выпуклости грудей. Сирена судорожно выдохнула и, повинуясь древнему инстинкту, выгнулась ему навстречу. Стон блаженства слетел с ее уст, когда горячий язык обвел маковку груди, а ладонь легла на живот, поглаживая трепещущую плоть.
– Рена… – В его голосе звучала страстная мольба, руки блуждали по внутренней поверхности ее бедер, оставляя на коже пламенеющий след."
"Жгучее томление вытеснило призрачные воспоминания, и Сирена отдалась его возбуждающим ласкам. Трейгер накрыл губами ее рот, погружаясь глубоко внутрь, между тем как опытные пальцы неторопливо скользнули по бедру, отыскали мягкую расщелину ее женственности.
Жаркое пламя вспыхнуло в крови Сирены. Задохнувшись, она самозабвенно прижалась к Трейгеру, покоряясь неистовому желанию. Изысканное, мучительное наслаждение нарастало с каждым его прикосновением. Сирена теряла рассудок, ей казалось, что она умирает, – так велика была потребность в нем. Она погладила кудрявую поросль у него на груди и животе, поражаясь скрытой силе, которая таилась в его расслабленной позе.
