Не знаю точно, когда поступит официальный приказ, но думаю, в течение месяца.
– Хорошо, Брендон, – пообещала она.
Сирена поднималась по лестнице, когда наверху появилась Оливия и поинтересовалась без лишних предисловий:
– Ты дала ему ответ?
– Нет, я еще не решила, – холодно сказала Сирена. Разделенные стеной высокомерного молчания, они течение долгой минуты сверлили друг друга ненавидящими взглядами.
Наконец Оливия заговорила медленно и многозначительно:
– Мне так хочется поскорее заняться приготовлениями к свадьбе.
– Едва заметная усмешка скользнула по ее розовым губам.
Сирена приподняла подол платья и, шурша юбками, двинулась наверх. Остановившись возле Оливии, она одарила мачеху приторной улыбкой.
– Я дам тебе знать, если надумаю выходить замуж. Ведь я не собираюсь вступать в брак только для того, чтобы не болтаться у кого-то под ногами.
Ореховые глаза Оливии сузились, любезное выражение как ветром сдуло.
– И как прикажешь это понимать?
– Думаю, ты меня поняла. Возможно, папа и слеп, когда дело касается тебя, но я не покину этот дом, пока не удостоверюсь, что мой отец – единственный мужчина, которого ты намерена осчастливить.
Ведь именно в этом суть брака, верно?
У Оливии от возмущения перехватило дыхание.
– Маленькое ничтожество, какое ты имеешь право обвинять…
– Сирена! – донесся до них голос Митчела. – Мы собираемся завтра в Нью-Йорк на встречу с официальными лицами. Поедешь с нами?
Сирена заставила себя улыбнуться."
"– Нет, папа. Думаю, вы с Оливией заслужили право побыть наедине.
Может, вам удастся совместить приятное с полезным. – Ее взгляд остановился на мачехе. – Оливия наверняка будет рада выбраться в свет. В твоем обществе для разнообразия.
Увидев, как Оливию передернуло от ее заключительной сентенции, произнесенной елейным тоном, Сирена, довольная собой, одолела последний пролет. Итак, она предоставила мачехе выбор. Либо та полностью посвятит себя Митчелу, либо ей придется с ним расстаться. Но способна ли Оливия отказаться от образа жизни, к которому успела привыкнуть, если любовники будут не в состоянии обеспечить ее должным образом? Сирена решила завтра же выяснить, каково финансовое положение Трейгера Грейсона.
Если он может угодить экстравагантным вкусам Оливии, пусть забирает ее. Конечно, отец не сразу оправится от такого удара, но дочь будет рядом и сумеет утешить его. Смутное чувство утраты охватило ее. Сирена поняла, что новый знакомый взволновал ее куда сильнее, чем это когда-либо удавалось Брендону.
