- Кто она? - поинтересовался бета. - И почему ранена?
- Случайность. Она попала под мои когти. Я готовился нанести удар доктору, - пояснил Оскар, бережно вытирая кровь с лица Анны.
Велдон тихо выругался, понимая, почему его альфа был настолько обеспокоен состоянием девушки. Оборотни не вредили слабым. Особенно человеческим самкам. И сейчас вожак ощущал себя виноватым, хоть и скрывал свои чувства от всей стаи. Но следующие слова Оскара просто повергли бету в шок:
- Она моя пара.
- Что? Как? - опешил мужчина, внимательно рассматривая раскинувшуюся на диване малышку.
Его взгляд не укрылся от альфы, вызывая у него злой рык. Именно эта реакция больше всего убедила Велдона. Их вожак никогда не проявлял таких эмоций по отношению к любой самке. Он ни разу не выказал инстинкт собственника. А в данном случае хватило одного взгляда, чтобы встревожить Оскара.
- Боже, ты начал процесс спаривания в той лаборатории? И ранил ее в этот момент, да? Не сдержал себя? - Велдон никогда не был излишне молчаливым, теперь же вопросы просто сыпались из него один за другим.
- Я же сказал, что она случайно попала под удар! - огрызнулся Оскар.
Он полностью очистил лицо девушки и теперь обрабатывал его антисептиком. Несмотря на обморок, мужчина все равно старался касаться ее с предельной аккуратностью, чтобы не причинить боль. К счастью, он задел ее только одним когтем, оставив полукруглый след от виска до уголка губ. Плохая новость состояла в том, что он был довольно глубоким, и Оскар опасался, что останется шрам.
- Поэтому ты и позволил себя поймать! Ты унюхал ее!
- Да. Велдон, мне не нравится глубина раны, но, кроме антисептика, мне нечем ее обработать. Черт возьми, это полнолуние!
Оскар понимал, что его стая возбуждена. Луна влияла на оборотней, и после хорошей драки, которую они получили, освобождая его, все самцы застыли в ожидании, что их поведут на пробежку. Но он не мог оставить свою пару, а значит, эта обязанность ляжет на бету.
- Заклей пока пластырем.
Утром я пошлю кого-то в аптеку.
Альфа кивнул, принимая совет, и потянулся к аптечке, лежавшей на полу. Пластырь он прикладывал дрожащими руками. Страх, что он изуродовал свою пару, охватил мужчину. Ка с ним могло произойти подобное? Как он мог нанести вред своей собственной паре? Угрызения совести не прекращали терзать его сердце."
"- Велдон, веди наших на пробежку, - Оскар повернул голову к мужчине, но так и остался стоять на коленях перед диваном.
