О, как Вальганиус презирал их и рожденные ими в муках примитивные цивилизации! Но что было делать? Представители высокоразвитых сообществ отвергали его услуги. Они были захвачены собственными играми и не интересовались величайшими открытиями Магистра. Его незаурядные способности не были ими востребованы.
Вальганиус слыл непревзойденным мастером интриг, всевозможных хитростей и уловок. Он обожал надувать простаков и делал это виртуозно, с истинным наслаждением. Так им и надо! Впредь будут умнее. Для чего же существует глупость, если не для забавы тех, кто умеет соображать?
Магистра побаивались.
Те, кто отважился воспользоваться его многочисленными талантами, потом старались избавиться от неугодного. А ну как он и их обманет? Только на Драгии Вальганиус обрел то, о чем мечтал, — признание, поклонение и неограниченную власть. Здесь он мог делать все, что ему заблагорассудится. Он только-только вошел во вкус…
— Проклятие! — прошипел Магистр. — Проклятие!
Он мог дать себе волю. Ведь никто его не видел.
Маску можно снять и хоть пару мгновений побыть самим собой.
Вальганиус приготовил для правителя Драгии доклад, который теперь не имел никакого смысла. Он делал последние па в своей замысловатой пляске.
Магистр ощущал легкую досаду. Почему он не властен над великими законами Вселенной? Она, словно капризная женщина, делает все по-своему. Ее деяния лишены смысла. Она безжалостно ломает планы в самый неподходящий момент, а он, Властелин Духа, вынужден тайно спасаться бегством, как преступник.
Магистр тяжело вздохнул.
Сколько усилий потрачено впустую!
Уникальная технология искусственного воспроизводства живых организмов, которая когда-то стоила ему всего, что он имел, способна сделать его влиятельным и богатым в любой части звездного мира. В этом Магистр не сомневался. Всегда найдутся желающие иметь множество послушных, безвольных рабов.
Вальганиус вспомнил уффов — своих первенцев, которых он любил, как собственных детей. Ему пришлось приложить много сил, чтобы создать их.
Уффы были его победой, его величайшим, непревзойденным триумфом. Они открыли ему дорогу к иной жизни — полной власти, могущества и славы. Да, славы! О, как он упивался ею в своем воображении, которое наконец-то становилось реальностью!
И что же теперь? Его великая цель, дело всей его жизни — в опасности. Все рушится, идет прахом. Он в один миг может лишиться всего, к чему шел, кажется, целую вечность!
Этого Вальганиус не мог вынести.
