Она была взволнована и не смотрела по сторонам. Одно мелькнувшее лицо показалось ей смутно знакомым, но она не стала заострять на этом внимание. Ее поглотили мысли о Марате и о том, почему вдруг он вызвал ее в Таджикистан. Да еще так срочно.
По дороге в аэропорт Ангелина Львовна попросила таксиста подождать и заскочила в офис. Она решила взять с собой магический шар. Решение пришло спонтанно, и она не сопротивлялась ему. Просто открыла кабинет Самойленко, взяла шар и положила его в сумку. Поколебавшись, написала коллеге записку с просьбой сообщить ее пациентам, что сеансы отменяются на неопределенный срок.
Ей было все равно, как они это воспримут. Разбегутся… и бог с ними. Ее вдруг охватила странная беспечность. Будто бы она уезжала в путешествие, откуда не возвращаются.
Было совсем рано. Город еще досматривал предутренние сны.
«Позвоню Олегу из Душанбе, объясню все, — подумала она, усаживаясь в такси. — Потом разберемся…»
Водитель выбросил окурок и повернулся к пассажирке.
«Едем?»
«Гоните, голубчик, я на самолет опаздываю!»
Уже сидя в кресле салона и глядя в иллюминатор на мокрую от ночного дождя взлетную полосу, Ангелина Львовна перевела дух.
Она все успела.
Самолет поднялся в воздух, набрал высоту и взял курс на Душанбе. Теперь можно расслабиться. Она закрыла глаза и начала представлять себе встречу с Маратом. Кто он ей? Бывший пациент? Друг? Возлюбленный?…
— Что будете пить?
Стюардесса предложила на выбор сок, чай и минеральную воду.
— А кофе у вас есть?
Девушка кивнула:
— Сейчас принесу…
Кофе был слишком горячим.
Ангелина Львовна обожглась и отставила чашку. Ей захотелось есть. Она вспомнила, что ничего не ела с тех пор, как позвонил Марат. Зачем его понесло в Таджикистан? Что у него стряслось? Говорил, едет обсуждать с приятелем совместный бизнес…
«Я люблю его?» — спросила она себя.
Рядом с ней сидела строгая пожилая дама в седых кудряшках. Она подозрительно косилась на беспокойную соседку, которая нервно ерзала и чуть не пролила кофе.
— Все в порядке, — сказала Ангелина Львовна и улыбнулась даме.
Та надменно вздернула подбородок, отвернулась.
Закревская обрадовалась, что дама не захотела разговаривать. Ее страшно утомляли ничего не значащие, пустые разговоры между попутчиками, которые приходилось поддерживать из вежливости. Гораздо приятнее было просто сидеть и ни о чем не думать.
Она закрыла глаза… однако прогнать мысли не удалось. В голову лезло то одно, то другое. Ангелина Львовна вспомнила, что не взяла с собой зонтик.
