Но повторюсь, главное, не паникуй и помни, что я рядом. Хорошо?
Дэниел берет мою левую руку в свою и легонько сжимает пальцы.
— Да, Дэниел.
Автомобиль останавливается перед широкими воротами. Мелкая дрожь волнения прокатывается быстрой волной по коже.
— Ты ничего не сказал об отчиме.
— Эта человекоподобная псина будет весь вечер смотреть в свою тарелку, пока мать не прикажет подать голос.
— Вы с ним не в лучших отношениях?
— На Джоша мне плевать, а вот его сын… Неважно. Сейчас это не имеет значения. Нужно выдержать всего пару часов и мы сможем убраться отсюда.
Неприязнь в интонациях Дэниела, направленная на членов семьи не остается для меня незамеченной. У меня нет родных, а даже если и есть, то ни я, ни, скорее всего, они, не знают об этом. Семья… Это слово было и остается загадкой. Люди, связанные кровным родством и обязательствами, которые придумало общество. Что если ты ненавидишь родственников, но по правилам должен поддерживать с ними отношения? Ты привязан к людям, которых не выбирал, а они не выбирали тебя.
Стоит ли так мучиться?
Встречает нас, конечно же, миссис Росс. Она такая же, как я ее и запомнила. Идеальная. Вся от макушки до кончиков пальцев. Ее натянутая улыбка напрягает, но тепло Дэниела, который стоит рядом, стирает неловкие ощущения. Я пришла с ним. Я — его невеста.
— А вот и вы! Дэни, милый! Как же я рада!
Миссис Росс подставляет щеку. Дэниел наклоняется, но не касается губами ее кожи, а лишь изображает вид приветствие.
— Здравствуй, мама.
— Вивьен! — она переключается на меня.
— Как здорово, что ты пришла! Прекрасно выглядишь. Надеюсь, и чувствуешь себя также.
— Здравствуйте, миссис Росс. Благодарю. Вы тоже выглядите потрясающе.
— Спасибо, — она растягивает губы в еще одной фальшивой улыбке и разворачивается. — Идемте. Все уже ждут!
Дэниел успокаивающе поглаживает мою спину и подталкивает вперед.
За большим овальным столом в комнате, размером со столовую в пансионе, сидят семь человек и смотрят на меня с абсолютно разными эмоциями: удивление, безразличие и яркая заинтересованность.
Последнее читаю на лице молодой девушки. Ее волосы похожи на разноцветную птицу, всполохи огненно-красного, желтого и зеленого.
— Дэниел, братишка… Я думала, все это какая-то шутка. Похоже, зря я не осталась на празднике. Такое шоу пропустила. Маменька, наверняка, была в бешенстве. А она у тебя ничего. Так бы и съела (прим. автора: сказано на другом языке), — быстро тараторит она и подмигивает мне.
