Твоего конца и работы этой чертовой фабрики по производству кукол.
— Что ты сделала?! Что ты натворила?!
— Ты сказала, я никто. Утверждала, что я никому не нужна и не буду, но ты ошиблась. Я Стефани Диксон. Я Вивьен Эйт. Вивьен Росс. Ви-восемь. Имя не играет роли, я жила без него двадцать лет. Но я была и останусь сильнее тебя. Лучше тебя! Все документы и файлы с твоего компьютера уже у властей. Все кончено, Кассандра. Для тебя, так точно.
— Убей меня, — хрипло выдыхает Мадам. — Убей! Слышишь?! Ты, маленькая тварь! Если ты не сделаешь это сейчас, я до тебя еще доберусь!
— Я не сделаю тебе такой подарок.
Иногда, смерть не самый худший исход.
Мадам Монстр ревет раненым зверем. Кричит и брыкается. Вопит и плачет, больше не сдерживая эмоции. Подхожу к двери и прикладываю ухо к металлическому листу. Тихий далекий голос становится все громче и четче, разбавляя шум и топот нескольких десятков ног.
— Ви! Ви, где ты?!
Глава 17
За последние трое суток Росс в полной мере ощутил, что такое ад на земле.
Тревога, бессонница, нервное напряжение. Он думал, что после всего случившегося с Кэтрин его уже ничем не удивишь, но новое испытание — невыносимо. Знать, что твоей любимой девушке грозит смертельная опасность, и не иметь возможности помочь сию же секунду, это…
Боль. Агония отчаяния. Безумный страх за ее жизнь.
В такие моменты хочется стать супергероем, надеть плащ, взмыть в воздух, вскинув вверх кулак, и отправиться на поиски дорогого сердцу человека. Или продать душу мифическому божеству, чтобы обрести магические способности и уничтожить одним щелчком всех недругов.
В подобной ситуации ты готов на все. Даже больше. На пределе собственных возможностей и сил.
Вереница военных вертолетов направляется к пансиону. Шесть десятков вооруженных бойцов. И это только первый заход. Ричард красиво вывернул ситуацию, получив данные и доказательства. Операция была одобрена начальством правоохранительных органов округа и службами специального назначения.
Ричард ободряюще треплет брата по плечу:
— Дэни, все будет в порядке.
От вертолетного гула спасают наушники, а вот от беспокойства ничто уже не спасает.
— Ви не выходила на связь несколько часов. Что, если мы опоздали? — говорит Дэниел, глядя на леса, над которыми они пролетают.
— Не смей даже думать об этом! Ви — невероятная. В ней силы больше, чем в нас всех. Она провернула половину операции в одиночку, а значит… Она жива. И она ждет нас.
Дэниел прерывисто выдыхает, сжимая руки в кулаки.
