– По-прежнему не понимаю!
– Тот, кто придумал картель, – гений. Злой, но гений. И он не стал бы оставлять украденные средства в России.
– Да почему же, черт возьми?
– Предприниматель такого ума смотрит на годы вперед. И он понимает, что страну нашу ждут трудные времена. Чем все кончится, непонятно. Значит, лучше подстраховаться.
Фон Мекк напряженно слушал сыщика."
"– Да, я помню, вы говорили уже об этом. Ваш пессимизм объясняется осведомленностью, верно? И вы полагаете, что неизвестный господин так же осведомлен, как и чиновник особых поручений Департамента полиции?
– Повторю: этот человек – гений.
Гений не допускает подобных ошибок. Если даже у него нет фактов, есть предчувствие. Предчувствие краха империи.
– А ее ждет крах?
– Несомненно, – с горечью сказал Лыков. – Наша власть марширует в пропасть строевым шагом. И нас всех за собой тащит.
Тут заговорил Азвестопуло:
– Что следует из вашей гипотезы? Что мы ловим не того? И какие приметы у вашего гения?
– Я думаю, он до сих пор в Москве.
Ему надо закончить дела. Но еще месяц-два – и он сбежит. Кассиры сообщили, что им велели сворачиваться и к маю увольняться с дороги. Купить поддельные документы и уезжать куда подальше. Картель изжил себя и должен был закрыться.
– Мы все равно нашли бы всех.
– Кассиров – может быть. А главаря навряд ли. Он намылился далеко.
– Куда? Во Францию?
– Туда, где его капиталы, – категорично заявил коллежский советник.
Магнат сосредоточенно думал, сложив руки на груди. Лыков вперил в него взгляд:
– Ну? Вы уже догадались?
– Кажется, да.
Посылать большие суммы через банк сей господин не может. Ибо средства его получены преступным путем. Так?
– Так.
– Остаются два других способа. Первый – это контрабандой вывезти золото через границу…
– Чтобы контрабандисты тебя зарезали и присвоили рыжье? Глупо.
– Понял! – крикнул Сергей. – Я тоже понял.
Фон Мекк сказал осторожно:
– Давно уже поговаривают, что курьеры Министерства иностранных дел вывозят неучтенное золото в дипломатических вализах.
Особая услуга для узкого круга лиц. Это дорого, но надежно.
– Так и есть, – согласился Алексей Николаевич. – Мы в департаменте давно приглядываем за ними. Даже знаем, кто из курьеров грешен. Я в девяносто восьмом году дознавал хищения с казенных золотых приисков и цапнул одного за пищик.
– Взять такого почтальона и поглядеть, куда он денет секретную часть своего багажа, – подхватил Азвестопуло. – Чур, я еду с вами! Давно хотел Париж посмотреть.