— Конечно нравится, разве такой мужчина не может вызывать восхищения? Вон какую умницу и красавицу вырастил!
— Тёть Люсь…
— Ягодка, если ты имеешь в виду, что между мной и твоим отцом мог бы быть роман или что-то примерное, то ты плохо знаешь своего папу. Он однолюб и мне кажется, что он до сих пор любит твою маму. Вот не нужно этих мокрых глаз. Человек, который живёт прошлым настоящим жить не сможет.
— Я… Извините… — смахнула подступившие слезы.
— Нет, Ягодка. За что ты просишь прощения? Я просто вижу, что твой папа не готов ни к каким отношениям и думаешь ты, я из робкого десятка и не попытала бы счастья с таким мужчиной? Уж не знаю, что там в твоей головушке, но давно поняла, что ты переживаешь за него, что он все время один.
— Очень переживаю, а ещё проблемы с сердцем… Он говорит, что все в порядке, а на днях я встретилась с Денисом и он сказал, что говорил с врачом отца и тот сказал, что нужна операция… — сбивчиво тараторила я, ощущая себя маленькой девочкой, которая вот-вот расплачется.
— Детка, хочешь я поговорю с ним сегодня? — предложила тетя Люся.
— Нет, — я качнула головой. — Я сама с ним поговорю. Но просто почему… он такой? Я понимаю, что он не хочет волновать меня, но ведь кроме него у меня больше никого нет!
— Это и есть ответ на твой вопрос. У него тоже никого нет и он не хочет, чтобы ты переживала. Наверное уже все порешал за твоей спиной. Ты же знаешь какие мужчины упертые.
— Да, — тяжело вздохнула я. — Знаю, — согласилась с ней, вспомнив о Смолове.
— Ладно, я пойду собираться, а ты звони Саше. Если что понадобится, то позвони мне и я прибегу, возьму. Да и вообще звони. Но тот молодой человек просил приглядеть за тобой до вечера, а потом снова заступит на пост, — я улыбнулась после последних слов. — У тебя даже глаза загорелись, когда я о нем упомянула. Только раньше я его здесь не видела…
— Раньше я и сама не знала о его существовании, — честно призналась я женщине. — Познакомились в отпуске, — пожала плечами.
— Ооо курортный роман, — мечтательно протянула тётя Люся. — Это так романтично.
Мы одновременно улыбнулись, тётя Люся похлопала меня по руке и поднялась. Кивнула в сторону контейнера с пирожками:
— Ешь, пока горячие. Там, если что, рассчитано на двоих, — намекала, что и на Рому хватит?
Я снова расплылась в улыбке и поблагодарила женщину. Тётя Люся ушла, а у меня внутри от нашего с ней разговора приятный осадок остался и надежда, что все ещё будет хорошо.
