– С какой стати он пойдет в подвал, где даже капли вина не найдешь? Другое дело, если Гуров начал кричать и кто-то эти крики услышал.
– Оттуда ничего не слышно. Глухо, как в бомбоубежище. Я случайно это узнала. Представился как-то случай. Да и некому слушать эти крики. Все далеко от этого места да и спят уже наверняка. Прошатались день-то по жаре! И завтра рано вставать. Ладно, будем надеяться на лучшее. Главное, будь мужчиной! Гуров – немолодой человек. Ты должен с ним легко справиться.
– Да уж постараюсь! – буркнул Волин.
– Надо только, чтобы никто нас не заметил. Через забор его не перетащишь. Ты уверена, что все спят?
– Наверняка. В крайнем случае, подождем немного. Нам главное вытащить его за ограду. Автомобиль я оставлю вон там, чуть правее. Там мы сможем легко подъехать к кладбищу.
– Но дальше-то придется волочь его в темноте, через кусты, среди комаров, бр-р-р!.. – Волин даже поежился.
– Тяжело в учении – легко в бою! – усмехнулась Ирина. Она свернула с дороги. Колеса машины мягко покатились по влажной от росы траве.
Объехав дом справа, Ирина остановила машину.
– Выходим! – скомандовала она. – Не забудь взять все необходимое! А я пошла открывать калитку.
Ее стройная фигура растворилась в темноте. Оставшись один, Волин некоторое время тупо смотрел на приборную доску. Душу его сверлила непонятная тоска, от которой перехватывало горло. До сих пор Волин не представлял себе, как можно своими руками убить человека. Это всегда делали другие. Может быть, где-то рядом, может быть, это как-то касалось и его, но все равно, грязную работу всегда делали другие.
Но он завтра пойдет к Булавину и напоет ему про все. Про то, что у него корыстная жена. Про то, что она притащила в дом любовника. Про то, что она спрятала в подвале свидетеля. Старый идиот оскорбится и даст этой сучке от ворот поворот. Надо же быть такой дурой, чтобы не добиться составления брачного контракта! Чему я ее учил!.. Ладно, думать нечего, трясти надо!
Он взял все, что требовалось, и пошел к воротам.
Ирина ждала его, дрожа от нетерпения.
– Куда ты провалился?! – прошипела она. – Если ты и дальше будешь так чесаться...
– Заткнись! – посоветовал он ей и сунул в руки мешок и веревки. – Неси это! У меня не десять рук!
– Тише! Кажется, ты собирался делать все незаметно?
Они проскользнули во двор. Дом, кажется, уже полностью спал. Даже окно в кабинете Булавина не горело. Вокруг царила тишина. Только с легким зудением вилась вокруг горящих фонарей мошкара.
