С вашей стороны поступил сигнал, и мы на него обязательно отреагируем. Полагаю, все будет оформлено документально, как положено? Нет, конечно, это сделаем попозже. Сейчас важно действие! Знаете, у меня будет только одно условие – мне бы хотелось лично убедиться, что пакет существует. Тут я настаиваю. И прошу вас не обижаться. В конце концов, я здесь должностное лицо, не так ли?
– Но это же бессмыслица! – рассердился Гуров. – Вы мне не верите, что ли? Я похож на шутника? Время уходит – вы понимаете это?!
– Пока я сам не удостоверюсь, – с гордым видом сказал Колядкин, закладывая руки за спину, – ни о какой операции и речи быть не может!
Он, видимо, оправился от неожиданной новости, которую ему преподнес Гуров, и нашел линию поведения, его устраивающую.
Гуров ничего не видел за упрямством Колядкина, кроме желания оттянуть неприятный момент, связанный с возможным возобновлением следствия. Подоплеку всей этой расчетливости он тоже угадывал.
Все, что было как-то связано с кладбищем, тут старались замазать. Гуров с отвращением вспомнил самоуверенное жирное лицо Веревкина. «Такой не только кладбище сметет! Если его не остановить, он и полгорода разрушит, чтобы появилась возможность освоить огромные деньги!»
Однако теперь Колядкин не собирался сдаваться. Он уперся, как говорится, рогом и требовал показать ему тайник. Риск был велик, но Гуров прикинул, какая возможна потеря времени, если Колядкин разведет волокиту и скрепя сердце согласился.
Они взяли такси и опять поехали к Петровне. По дороге Гуров то и дело посматривал на часы – с тех пор, как он ушел от старухи, прошло около часа. Кто знал, когда мог нагрянуть за своими вещами Шигин? Досада брала Гурова необыкновенная.
Может быть, именно с досады он заметил Колядкину:
– Все равно вы поставили не на ту лошадь! Власть властью, прокурор прокурором, но общественное мнение.
.. У вас тут очень активная организация «Наследие», я слышал. И вот она поддерживает Булавина.
Колядкин презрительно засмеялся.
– Наивный вы, оказывается, человек, Лев Иванович! «Наследие»! Они потому так себя и назвали, что аппетиты у них, как у богатых наследников! Раскручивают они Булавина на бабки, а он, чудак, этого не понимает!.. Ну что же, человек столичный, уверен, что все к его услугам.
