Можно подумать… Сговорились, блин, или думают одинаково, а я тут запуталась в эмоциях и собственных сумбурных ощущениях. Вроде приятно, а вроде и… ну, двое же. И вроде как никто ничего опасного не делает, ну обнимает один, второй щиколотку гладит, и все равно, в животе скрутился тугой ком и никак не хотел рассасываться.
— Ладно, расслабься уже, — негромко вдруг сказал Лешка и в следующий момент легко чмокнул в макушку, потянув к себе и вообще укладывая на грудь. — Никто не собирается набрасываться на тебя прямо щас, — с тихим смешком добавил, и щекам снова стало жарко.
Расслабиться хотелось, очень, потому что, если отбросить мои судорожные метания и странную ситуацию с двумя мужчинами рядом, прикосновения не были неприятными. Было тепло, уютно и хотелось свернуться калачиком и замурлыкать… И тут на диван бесшумно запрыгнул Макс. Я, признаться, едва не подскочила от неожиданности, сердце нервно метнулось к горлу, и пришлось сделать несколько глубоких вдохов-выдохов, унимая расшалившиеся нервы.
Макс же вальяжно прошелся по коленям Дани, подошел ко мне, окинул внимательным взглядом желтых глаз, потоптался и улегся, использовав уже мои коленки, как удобную опору. После чего прижмурился, накрылся хвостом и басовито затарахтел, да так, что вибрация аж дивану передалась. Парни уставились на кота с одинаковым озадаченным выражением, а моя рука сама потянулась почесать, запустить пальцы в шелковистую, пушистую шерсть. Я замерла от восторга, даже дыша через раз и мигом забыв про все страхи, котище оттянул на себя все внимание.
— Вот подлиза, — с чувством произнес наконец Даня. — К нам фиг пойдет, только когда жрать с утра хочет, начинает топтаться.
Я хихикнула и наконец с наслаждением запустила конечность в черную шубку, и, кажется, их великолепие против совсем не были. Положив массивную голову на мою коленку, Макс вообще задремал, пока я чухала его за ухом, одним глазом рассеянно глядя в экран. Да уж, правду говорят, котики — это сила и самый мощный природный антидепрессант, никаких таблеток не надо.
Я сама не заметила, как расслабилась, вытянула одну ногу, положив ее на Даню, и улеглась на плечо Лешке. Полная идиллия. И вот так ухитрилась задремать, утомленная насыщенным вечером и эмоциями, и убаюканная басовитым мурчанием Макса…
Нет, фильм я одним глазом все же смотрела, но мерный стук сердца под щекой убаюкивал, и такие же размеренные поглаживания лодыжки тоже умиротворяли.
