Причем шустрые пальцы пробрались под кофту и медленно поглаживали поясницу, рождая волны мягкой истомы. А Лешка, между прочим, сидел практически вплотную и… любовался на это безобразие, да. Черт.
Наверное, что-то отразилось на моем лице, потому что он усмехнулся и поднял бровь, ничуть не смущенный или расстроенный.
— Так, кому-то пора спать, я так понимаю, — как ни в чем не бывало, заявил он и протянул мне руку. — Пойдем?
Пришлось выпутываться из пледа и подушек с независимым видом, хотя щеки горели от румянца.
Даня отпустил, дав подняться, и негромко пожелал:
— Спокойной ночи, Риш.
И как-то очень так по-домашнему прозвучало… Мы с Лешей поднялись на второй этаж, он держал за руку, и волнение тихонько щекотало изнутри, а еще, предвкушение. Да кого обманываю, мне хотелось, чтобы и он поцеловал тоже, да. Кажется, и правда выбор не придется делать… Додумать мысль я не успела, меня мягко развернули и прижали к стене, обняв за талию, лицо Лешки оказалось очень близко от него.
— Ты очень мило смущаешься, — выдохнул он мне в губы, и его пальцы нежно погладили мой нос, провели по скуле, спустились на подбородок. — Никогда бы не подумал, что мне это будет так нравиться, Риша.
А я… ощутила себя не умудренной жизнью и опытом циничной теткой почти под сорок, а двадцатилетней девчонкой на первом свидании. В жизни не представляла, что такие простые слова всколыхнут внутри могучую волну сладкого томления, залившую тело до самой последней клеточки.
Даже в мои первые влюбленности, даже с бывшим такого не было, ни с первым, ни со вторым. По крайней мере, не настолько ярко и сильно меня встряхивало от, казалось бы, мимолетных прикосновений, совсем не изысканных и элегантных комплиментов."
"— Ну знаешь, я, конечно, не фиялка, но в моей жизни не случалось ситуаций, когда я целовалась с одним парнем на глазах другого, — пробормотала, не в силах отвести взгляд и машинально облизнув губы. — И чтобы это не закончилось мордобоем…
Лешка тихо рассмеялся, его большой палец обвел вокруг моего рта.
— Все когда-нибудь случается в первый раз, — шепнул он и прижался к моим губам.
Не знаю уж, что сработало в темных глубинах моей непостижимой души, но меня словно что-то отпустило. Я с готовностью ответила, обняв Лешку за шею, и поцелуй вышел неожиданно жарким и долгим, аж дыхание перехватило, и внизу живота поселилась знакомая горячая тяжесть.
