Господи Боже, он красив, как дьявол: жесткие черты, волевой подбородок, чувственные губы.
Если бы ей потребовалось описать его одним словом, это было бы «темный». Темные волосы, темные глаза, умело скрывавшие его чувства… Казалось, вокруг него самый воздух темнеет и сгущается. С первого взгляда даже самый неискушенный наблюдатель мог бы сказать, что этот человек имеет немало тайн и пороков, о многих из которых даже его репутация скромно умалчивает.
Виктория высвободилась из его объятий и отступила на несколько шагов.
Он молча смотрел на нее… Он ждал.
– Я… я ус-слышала г-голоса, – запинаясь, проговорила Виктория. Как же она в этот момент ненавидела краску, прилившую к щекам! Ей так не хотелось показывать ему слабость. – Я не нарочно…
– Правда? – ровно спросил он. Зол ли он, обижен ли, или его попросту забавляет эта ситуация? Чувств своих он ничем не выдал, – И что же вы слышали?
Виктория покачала головой:
– Ничего.
Он долго смотрел на нее, как будто бы решая, правду она сказала или нет. Потом вошел в спальню и захлопнул за собой дверь.
Он рассматривал ее ленивым и властным взглядом, от которого у Виктории холодела спина. Он оценивал ее, как другой оценивал бы корову или кобылу!
И что еще хуже – как ни бесила ее эта мысль, ей было интересно, к какому заключению он пришел. Он – мужчина, по слухам, ненасытный любовник; она – обычная девушка в простеньком пеньюаре из белого хлопка.
– Не надо смотреть на меня так, будто я собираюсь придушить вас подушкой. Я не причиню вам зла. Вы слышали, как мы с вашим отцом разговаривали.
– Кажется, его глаза еще больше потемнели. – Мистер Рид просто хотел пожелать нам всего наилучшего перед тем, как отправиться в гости.
Теперь уже ее глаза сузились – от недоверия.
– То, что вы описываете, лорд Бэйбери, вовсе не похоже на моего отца. И уж тем более нельзя сказать, что вы тепло прощались. Вы спорили.
Его взгляд скользнул от бутылки виски на другом конце комнаты к ее лицу. На его лице застыло удивление. И снова у Виктории свело живот от волнения.
Она надерзила ему. Какое наказание за этим последует?
Но он не зарычал на нее и не ударил. Джастин запрокинул голову и тихо рассмеялся:
– Мне всегда нравились женщины с характером!
Виктория поджала губы.
– Милорд, я не нахожу в этой ситуации ничего смешного. Если вас каким-то образом принудили жениться на мне, я требую правды."
"Его смех затих, и он снова посмотрел на нее. Этот взгляд тоже был оценивающим, но на этот раз его интересовало не ее тело.
