Как бы ей хотелось просто раствориться в его объятиях! Поплакать у него на плече. Но сейчас не время и не место.
– Я не знаю, он ли похитил Хлою, – прошептала она. – Но если так, то она, возможно, мертва.
Она бросила взгляд на Джастина. Он содрогнулся от страха, который плескался в ее глазах.
– И я думаю… Возможно, он хочет, чтобы я стала следующей.
Туман ярости встал перед глазами Джастина и застил все вокруг. Мысль о том, что Эвенвайс угрожал его жене – его жене! – поколебала его закаленное самообладание.
И только ужас в ее глазах, который она не сумела скрыть, сдержал его.
Сейчас он очень ей нужен.
– Я не дам тебя ему в обиду, – прошептал он ей на ухо. – Я не дам тебя в обиду никому.
Она повернулась к нему. В ее глазах стояли слезы.
– Джастин… – пробормотала она. И тут ее глаза распахнулись еще шире – что-то за его спиной привлекло ее внимание. – Боже милосердный, Джастин, мой… мой отец! Там мой отец, и он идет к нам!
Джастин остолбенел. Ее слова проникли в его сознание и затмили все остальное.
Он посмотрел на ее лицо. Оно отражало такой же ужас, какой чувствовал он. Похоже, внезапное появление отца потрясло ее.
– Он смотрит на тебя? – прошипел Джастин.
Она не ответила. Виктория не сводила взгляда с отца. Ее губы стремительно бледнели. Он стиснул ее руку и шепотом одернул:
– Виктория!
Она моргнула.
– Н-нет. Он смотрит тебе в спину. Наверное, ему не видно меня из-за твоего плеча.
– Я повернусь. А ты потихоньку ускользнешь в мою ложу, если удастся.
Я поговорю с ним. Встретимся там.
– Но…"
"– Давай же! – приказал он. – Я не могу допустить, чтобы ему в руки попала еще одна моя тайна!
Ее глаза удивленно распахнулись. Джастина передернуло. Признание сорвалось с губ помимо его воли. Но Виктория не стала ни о чем расспрашивать его, просто развернулась и нырнула в толпу, предоставив ему разбираться с отцом. Это некоторым образом успокоило его. Если ее не будет, она не получит возможности вмешаться в перепалку.
Возможно, это значит, что ей и не хочется.
Он надеялся, что это так.
– Вот ты где, Бэйбери, – проворчал Мартин Рид вместо приветствия.
Джастин сверлил его взглядом. Он так долго ненавидел этого человека… Время не пощадило его – за три года он стал тучнее, лицо побагровело от злоупотребления спиртным. Когда они в последний раз разговаривали – у дверей супружеской спальни в первую брачную ночь, – его волосы начинали редеть, теперь их почти не осталось.
