Ее округлые ягодицы идеально вписались в изгиб его бедер, и она ощутила его напрягшееся, горячее естество. Трепет ее тела превратился в лихорадочный озноб, когда она разгадала его намерения. Ее пальцы крепче вцепились в столбик кровати – она ждала его.
Но он не овладел ею. Вместо этого он впечатал влажный поцелуй между ее лопаток. Нервные окончания, о существовании которых она и не подозревала, вспыхивали, когда он водил губами по нежной, чувствительной коже вдоль ее позвоночника.
Его руки скользнули ниже, обхватили ее бедра.
Джастин крепче прижал ее к себе. Виктория уже не понимала, где заканчивается ее тело и начинается его. Были только они. Вместе.
– Джастин, – простонала она, царапая пальцами прочную деревянную опору. Она жаждала большего.
– Я бы мог заставить тебя умолять, – прошептал он и принялся тереться напряженным членом о ее влажную плоть.
Виктория вскрикнула.
– Но для меня это не меньшая пытка, чем для тебя, – закончил он и вторгся в нее.
Ее дрожащие колени подогнулись, но он поддержал ее.
Последние дюймы – и он заполнил ее целиком.
– Тебе и правда стоило родиться любовницей! – прорычал он и начал движения – жесткие, даже грубые, но Виктория только возбуждалась от этого быстрого ритма. Она никогда не забудет, что значит отдаваться ему, по-настоящему отдаваться и принадлежать. – Ты просто создана для наслаждений, – продолжил он, не останавливаясь ни на миг. – Чтобы лежать целый день в постели, раскинувшись, как шлюха, и ждать этого. Ждать меня!
Она попыталась сдержать крик, но его слова вкупе с грубым ритмом движений, которые будоражили чувствительный узелок внутри ее… Это слишком много.
Она потеряла контроль над собой, и спина ее беспомощно выгнулась, когда сладкие спазмы наслаждения стали сотрясать ее тело один за другим.
Джастин обвил руками ее тело, обхватил груди и стал двигаться еще резче, еще быстрее, проводя ее по ступеням наслаждения, о котором она и не мечтала. Она почувствовала – по сбивчивому дыханию и жару его тела, – что он тоже вот-вот рухнет за край блаженства… И вот он схватил ее за бедра, рывком прижал к себе и излил в нее семя.
Они долго стояли так, склонившись над кроватью, сплетясь потными телами и дыша в такт. Виктория впитывала, как наслаждение, ощущение его в себе и тяжесть его тела. В эти мгновения он принадлежал ей.
И не имеет значения, как сильно она старалась забыть, – она знала, что она его жена.
Джастин вдыхал сладкий аромат волос Виктории.
