Потом можно было забрать его обратно в клейменных слитках либо требовать за него ассигновки с уплатой денег из Государственного банка. Частным лицам разрешалось открывать собственные лаборатории для сплава золота и очистки самородной платины. Также дозволили свободный ввоз и вывоз золота за рубеж. Все это проходило в рамках денежной реформы Витте. Казалось бы, вот она, конкуренция и свободные рыночные отношения. Но все это на поверку оказалось пшиком.
– Но почему? – с недоумением спросил сыщик.
– А потому! Золото не медь и не чугун, чтобы отдать его на волю рынка.
От цены «падшего металла»[23] зависит денежное обращение империи. И скачки цен обрушили бы рубль. Поэтому правительство, ослабив на словах вожжи, на самом деле оставило контроль за собой. Оно по-прежнему устанавливает низкую цену на добытое золото, и скупщики не от казны вынуждены придерживаться ее. Чуть выше покупать с рук можно, а намного выше – нельзя. Министерство финансов сразу же прижмет. Поэтому подпольная продажа, в обход официальной, никуда не делась.
– И большая выходит разница в закупочных ценах?
Консультант ответил:
– Сегодня мы покупаем золото по пять рублей с копейками за золотник[24]. А китайцы предлагали по девять и по десять рублей, сейчас же подняли до двенадцати! Вот добытчики и соблазняются.
Лыков записал цифры и продолжил расспросы:
– А в Европе сколько платят? Какие страны отличаются в незаконной скупке русского золота и как оно проходит таможню?
– Через границу его тащат контрабандисты, евреи и чуть-чуть финляндцы.
Больше всего покупает Германия. Роттердамские и венские ювелиры весьма охочи до золота, там тоже одни евреи. Словом, это их национальный промысел. Или, как говорят англичане, бизнес. Но цены в Европе более умеренные, выше девяти рублей за золотник не платит никто.
– И все равно выгодно?
Консультант пояснил:
– За морем телушка полушка, да дорог перевоз. Уральское золото в Поднебесную доставлять трудно, проще в Вену.
Рентабельность все равно высокая.
– Так, понятно. Но какие объемы? Меня интересует канал именно в Европу.
Нетгальгорст зашелестел бумагами:
– В прошлом, тысяча девятьсот двенадцатом году, на Урале хорошо поработали. Казна купила пятьсот пятьдесят три пуда. Будем осторожно считать, что добыли и скрыли от государства половину от этого значения. Значит, двести семьдесят шесть пудов ушло за рубеж. Примерно…
– Ого! – сыщик присвистнул.
