– Ну, на такой случай у нас есть снотворное, которое можно принять с пищей или питьём. – Ещё один незнакомый голос. Видимо, в разговор вступил второй гость. – Вкус не меняется, так что заметить оно его не сможет. Зато во время перевозки обойдётся без происшествий.
– Хорошо. – Снова голос матери. – Как раз время ужина. Я приготовлю поднос, а вы сможете добавить туда снотворное. Можете пройти со мной на кухню.
– Вам придётся подписать кое-какие бумаги, – снова голос первого гостя. – Это простая формальность. И вы должны понимать – назад хода не будет.
После того, как мы заберём у вас это существо, оно становится собственностью корпорации. И вы никогда его больше не увидите. А вот в этой папке все нужные в таком случае документы. Взгляните, вот заключения врачей, вот история болезни, документы о проведении лечения в одной из частных клиник Швейцарии, справка о смерти от острого лейкоза, справка о захоронении там же. Для всех ваших знакомых и родственников ваша дочь умерла. Для вас – тоже.
– Наша дочь умерла несколько месяцев назад.
– Голос матери. Видимо, она уже приготовила для меня ужин. Впервые за всю мою жизнь, кстати, раньше это делал повар. – Вместо неё мы получили то, что сидит сейчас в её бывшей комнате. Это уже не наша дочь. Вы можете забрать это.
Стало быть, про то, что я вообще не их ребёнок, «гостей» решили не просвещать. Мне стало интересно, случись подобное со Сью – от неё тоже постарались бы так же быстро избавиться? Или то, что я им чужая, сыграло свою роль? Раньше меня терпели, поскольку каждый из родителей был уверен, что другой мне либо родной, либо считает себя таковым.
Теперь нужда в притворстве исчезла. И ещё неизвестно, не изменись я, осталась бы я в этой семье, выйди правда наружу? Думаю, что вряд ли.
– Скажите, – голос отца прозвучал несколько неуверенно. – Вы ведь не станете делать ей больно? Мне бы этого не хотелось. Всё же мы вырастили её, она была нашим ребёнком...
– Не волнуйтесь, мы не причиним ей вреда. Просто будем изучать, ну, анализы возьмём, не без этого, конечно.
Просто такие существа нужно изолировать от остальных людей, исключительно из предосторожности. Мы ведь не знаем, как оно поведёт себя дальше, какие с ним ещё произойдут изменения? А так, и вы будете в безопасности, и этот мутант. Вы ведь сами этого хотели, верно?
– Да. Конечно. Конечно, мы сами этого хотели. Видите ли, у нас есть ещё дети, и мы опасаемся за их безопасность…
– Ну вот, теперь вы можете за них не волноваться. Всё будет в порядке.
