И врач запретил упоминать при ней о малышке. Со временем это вошло в привычку, а потом родились другие дети, и бедная девочка как-то позабылась. Даже её сестра не догадывалась о существование своей близняшки.
Вот тогда-то мы и поняли, что именно происходило с Престоном. Та девочка была его половинкой, предназначенной ему судьбой, но, по трагической случайности, он потерял её, не успев найти. И то, что он испытывал рядом с невестой брата, было чувством потери. Он должен был найти свою половинку – и не нашёл.
И никакой надежды найти её у него уже не было.
Мы порой ищем свои половинки столетиями. Один из моих сыновей, Франциско, нашёл её совсем недавно, а ему около тысячи лет. Он почти отчаялся, но всё равно не терял надежду. А вот у Престона надежды уже не было. И сколько бы он не ждал – свою половинку он не встретит никогда, и в этом весь трагизм ситуации.
– Бедняга, – я крепче прижалась к Гейбу. – Он до сих пор страдает?
– Теперь ему уже легче. Он смирился.
Но, как я понимаю, боль испытывает до сих пор.
– А другая пара? Они найдут?
– Мы все очень на это надеемся. И поэтому так обрадовались за Гила и Герба. Они нашли своих девочек живыми и здоровыми. И, уверяю вас, позаботятся о малышках, пока те не станут бессмертными, так, как ни одна, даже самая внимательная нянька не сможет позаботиться.
– Ну, что ж, – вздохнул Гейб. – Хоть мне и не хочется этого говорить, но… Пожалуй, малышкам тоже повезло. Наверное. Если они нашли себе таких же половинок, как мы с Рэнди… То… Ну, ладно, я тоже рад за них за всех.
Хотя, конечно, столь ранняя встреча половинок меня всё же несколько… шокировала.
– Нас всех это шокировало, – улыбнулся ему Коул. – Но, как говорится, лучше раньше, чем позже.
– По мне уж лучше позже, – буркнул Гейб. – Да, кстати, вы в курсе, что наши женщины бесплодны?
– Нет, – покачал головой Дэн. – А откуда такая уверенность? Насколько я понял – здоровье у вас, как и у нас, просто идеальное.
Тогда почему такая важная функция нарушена?
– Я не знаю, – пожал плечами Гейб. – Возможно, это природная защита от перенаселения. Но, в любом случае, за почти тысячу лет, во время которых наши женщины вступали в брак, ни одна из них так ни разу и не забеременела. Ни от нас, оборотней, ни от человеческих мужчин, с которыми некоторые из них жили до перерождения.
– А что если... – задумчиво пробормотала я.
– Что? – Гейб повернулся ко мне.
