Недоумевая, я отвела глаза от гигантской лапы, которую пыталась спихнуть со своего плеча, и взглянула прямо в глаза пантере.
Первая мысль – такого не бывает! Глаза зверя были невероятного бирюзового цвета и светились недюжинным интеллектом. И, глядя в эти яркие, невероятно красивые глаза, глядящие на меня с неменьшим удивлением, я вдруг почувствовала что-то странное. Меня словно пронзил электрический разряд, разом бросило и в жар, и в холод, мне показалось, что сквозь меня пронёсся поток чистейшей энергии. Я не понимала, что со мной происходит, единственное, что я вдруг осознала в тот момент – как же это правильно!
Я лежала на заросшей травой дороге, меня прижимала к земле громадная кошка, которой не составит особого труда откусить мне голову, а я смотрела в её невероятные глаза, и готова была лежать вот так сколь угодно долго, лишь бы продолжать смотреть в эти глаза и дальше.
Я готова смотреть в них всю мою жизнь.
– Нет! – раздался вдруг детский голосок со стороны машины. – Не надо!
Господи, Вэнди! Я чуть не забыла о ней.
Я лежала макушкой к машине, и не могла видеть, что происходит, но прекрасно слышала звук открывающейся дверцы. Разорвав наш зрительный контакт, пантера взглянула в сторону машины и, ощутимо вздрогнув, рефлекторно выпустила когти, вонзив их прямо мне в плечо. Руке повезло – она просто потерялась под огромной лапой, и когти миновали её, воткнувшись, по-видимому, в землю. А вот в плечо они вошли легко, как в масло. Чёрт, это больно, очень больно! И куда, к дьяволу, делась моя суперпрочная кожа, в которую даже острозаточенный медицинский скальпель входил с невероятным трудом, хотелось бы знать?
– Вэнди, в машину! И запрись! – в отчаянии крикнула я, понимая, что для этого зверя даже металлический корпус машины не стал бы препятствием.
Но малышка меня не послушалась, она подбежала прямо к нам и вцепилась в лапу пантеры, пытаясь своими слабыми детскими ручонками спихнуть её с моего раненного плеча.
– Дядя Гейб! – снова закричала она. – Ты делаешь Рэнди больно!
Дядя Гейб? Кому это она? Я уже ничего не понимала.
Но в этот момент пантера, всё это время как зачарованная глядевшая на Вэнди, словно очнулась, вздрогнула и взглянула на свою лапу, когти которой до сих пор были запущены глубоко в моё тело. Громко и испуганно взвизгнув, пантера отшатнулась от меня, скорее даже отпрыгнула, выдернув из моего плеча свои когти.
Получив, наконец, свободу, я с трудом села, опираясь на одну руку и не способная пошевелить другой.
