Хорошо хоть кормить сообразил, правда, холодной, а в конце и слегка скисшейся смесью, но это было не самое страшное.
– То, что нужно менять ребёнку подгузники, ему и в голову не пришло, – продолжил рассказ Гейб. – «Раз не вытекает – значит всё нормально», – так он рассуждал. Бедняга Томас провёл в одном подгузнике больше суток, весь обопрел и покрылся сыпью. Джеффри его потом пару недель в порядок приводил. Как вспомню – так вздрогну. Я Алексу потом сказал, чтобы не смел больше малышей в одиночку перевозить – пусть нанимает кого-нибудь, или вызывает меня или кого-то из семьи, кто живёт ближе.
Но он всё равно сам привёз девочек. Неисправим...
Добавку малышки ели уже не торопясь, смакуя. Кстати, ели они невероятно аккуратно, ни одного пятнышка не появилось на их нагрудниках. Просто удивительные малышки, мечта любой мамы.
Когда они всё доели, я вынула из холодильника пару ведёрок мороженого, из тех, что там ещё оставались.
– Кто хочет десерт? – спросила я.
– Я! Я хочу! – радостно закричали Вэнди и Бетти.
– А что такое «десерт»? – поинтересовалась Кэтти.
– Десерт – это что-то вкусное в конце обеда. Например, пирожное, или фрукты. Сегодня – мороженое. Будете?
– Мороженое? – близняшки переглянулись так, словно впервые слышали это слово. Возможно, так оно и было, учитывая, где они жили в последнее время.
– Вы просто попробуйте. Я уверена, что вам понравится. – Я наложила в чашечки по паре ложек шоколадного мороженого и поставила перед девочками.
Я слышала, как щебечут Вэнди и Бетти, планируя, как именно они будут показывать Долину малышкам, и что именно покажут в первую очередь.
Гейб, Пирс и Роджер тоже негромко переговаривались, но все моё внимание было сосредоточено на девочках. Осторожно попробовав лакомство, они радостно заулыбались.
– Я помню! – воскликнула Кэтти. – Нам давал его папа Кевин! А мама Стейси на него ругалась, говорила, что нам ещё рано. Но папа Кевин всё равно потихоньку кормил нас мороженым. Он говорил, что все дети любят мороженое. Он был добрый, только я его забыла.
А теперь вспомнила.
– А я не помню, – вздохнула Кристи.
– Он не хотел нас отдавать, – продолжала вспоминать Кэтти. – Но у мамы Стейси родился ребёночек, и она сказала, что чужие дети ей больше не нужны, тем более – неправильные.
– Вы не неправильные! – воскликнула я, слыша, что все разговоры в кухне прекратились, все внимательно слушали близняшек. – Вы – особенные! И чудесные.
– Папа Кевин никогда не говорил, что мы неправильные. Только мама Стейси.
