– Дело ведь именно в твоей крови, так?
Я молча кивнула, совершенно не зная, как объяснить всё произошедшее со мной в последние полчаса.
– Это как-то связано с быстрым заживлением ран Томаса? – продолжал допытываться доктор.
– Да, – вздохнула я.
– И это вовсе не преждевременно проявившаяся у него ускоренная регенерация, верно?
– Верно.
– Потому что нет у него никакой ускоренной регенерации. Я лечил все его болячки и ссадины, поэтому знаю это абсолютно достоверно. Скажи мне, Рэнди, всё это как-то связано с тем, что у Томаса все губы измазаны в крови, при том, что в районе лица у него ничего не болит? Это ведь не его кровь, я прав?
– Прав, – я обречённо вздохнула.
– Я дала Томасу выпить свою кровь.
– Я абсолютно уверен, что этим ты спасла ему жизнь, – заверил меня доктор. – Но как ты догадалась сделать это?
Итак, вот оно, самое трудное. То, чего я совсем не хотела рассказывать.
– Я не догадалась, – покачала я головой. – Мне сказал Голос.
– Голос? – раздалось сразу несколько удивлённых возгласов.
Ну, конечно, все же слушали нашу беседу.
«Голос? – хмыкнуло у меня в голове. – Меня так ещё никто не называл».
«А как я должна тебя называть? – огрызнулась я. Тут такой момент напряжённый, а он лезет. – Ты мне не представился!».
«Ах, простите, мэм, моё упущение! – расшаркался передо мной Голос. – Разрешите представиться – Коулберт Кэмерон, но предпочитаю просто Коул».
– Его зовут Коулберт Кэмерон, – объяснила я окружающим, игнорируя наигранный стон Голоса, когда я назвала его полное имя.
– Он возник в моей голове и сказал, что я должна делать. В тот момент я готова была принять помощь хоть от чёрта лысого, так что сделала, как он велел. И это сработало.
– Голос в голове? – протянул тот оборотень, что держал телефон. – Похоже на шизофрению.
– Шизофрения не подсказывает способ спасения умирающего ребёнка, – возразил ему Ричард. – Действенный способ, прошу заметить.
Слушая возмущённую тираду «шизофрении» в своей голове, я озвучивала её для остальных.
– Коул говорит, что он – не шизофрения.
Он вполне реальный, живёт с женой и младшим сыном в пригороде Нью-Йорка. И со мной он связался телепатически, услышав мою просьбу о помощи. Он смог это сделать, потому что мы с ним – одного вида, и все они могут так общаться внутри семьи.
– И ты вот так просто послушалась голос в своей голове? – поинтересовался Питер. – И не испугалась?"
"– Нет. Я уже много лет вот так же общаюсь с одним маленьким мальчиком. Сначала я тоже думала, что это шизофрения.
