– Мужчины! – сокрушённо покачала я головой, ставя котлеты в микроволновку. – Даже подогреть не сообразили.
– Они и так вкусные, – уверил меня Ричард.
– Ничего, ещё десять минут потерпите. Я сейчас быстренько спагетти к ним наварю и салатик настрогаю. Томас, кажется, в холодильнике ещё оставался соус, найди-ка его, пожалуйста. И достань вилки – руками только обезьяны едят. А вы, двое – марш в душ, от вас воняет!
Оба оборотня послушно направились к двери.
– Ну, она у тебя и командирша! – проходя мимо стоящего в дверном проёме Гейба, восхищённо пробормотал Ричард.
– Моя девочка! – с довольной улыбкой ответил тот.
– Твоя, твоя, никто не претендует, – закивал Стивен, а потом со вздохом добавил. – И почему не я первым вышел на ту дорогу?
– Сомневаюсь, что это что-то изменило бы, – голос Ричарда прозвучал уже со второго этажа.
– Истину глаголешь, малыш Уолси! – пробормотала я себе под нос.
Сверху раздался двойной хохот. Всё время забываю про их суперслух.
Зайдя на кухню, Гейб, с улыбкой, чмокнул меня в губы, так, мимоходом, но очень сладко, после чего стал накрывать на стол на пятерых.
Я оглянулась на Томаса – он сидел за столом, поставив локти на столешницу и примостив подбородок на ладошках, и наблюдал за нами с блаженной улыбкой. Поймав мой взгляд, он подмигнул и одними губами прошептал.
– Давно пора!
Итак, его одобрение я определённо получила.
– А где Роджер? – спросил у него Гейб.
– В клинике, с семьёй, где же ещё? Он заглянул сюда только узнать, где они.
– И тоже голодный, – покачала я головой, после чего порылась в шкафчиках, нашла какой-то судок с крышкой, положила в него десяток котлет – благо они уже подогрелись, – добавила булку хлеба и вилку.
– Томас, не в службу, а в дружбу...
– Уже несу! – не дав мне договорить, парнишка схватил всё приготовленное и ринулся к двери.
– И позови Вэнди ужинать! – крикнул ему вслед Гейб, выставляя на стол шестую тарелку.
– Ладно! – уже со двора крикнул Томас.
– Ты определённо положительно на него влияешь, – удивлённо покачал головой Гейб.
– Раньше за ним не наблюдалось особого желания помогать.
– Ему нравится чувствовать себя полезным, – пожала я плечами. – Может, вы просто не давали ему такой возможности?
– Пожалуй, ты права. Обычно ему и не предлагалось помогать. Я всё ещё считаю его ребёнком. Может быть, я, действительно, слишком затянул его детство?
– Да ладно тебе сокрушаться, – постаралась я его успокоить. – Томас – ребёнок, даже я это приняла.
