Слева от входа располагался хозяйственный блок, оснащенный газовым и электрическим котлом, водоочистной станцией и прочими вполне современными устройствами для поддержания комфорта.
На первом этаже находились кухня-столовая, гостиная с камином, кабинет Эдика, часто работающего дома, совмещенный санузел и две гостевые спальни. На втором этаже располагались хозяйская спальня с ванной и гардеробной и еще несколько гостевых комнат, одну из которых и отвели Виктору с Еленой. На третьем, мансардном этаже бывшие хозяева установили телескоп, с помощью которого можно наблюдать за звездным небом.
Здесь же располагалась обширная Эдикова библиотека и стояли мягкие кожаные кресла и диваны, при необходимости трансформирующиеся в полноценные спальные места.
С первого этажа через стеклянный переход, превращенный в зимний сад, можно попасть во вторую часть дома. Всю ее занимала большая комната в два этажа с окном во всю стену. Дом был построен художником, обустроившим в этом помещении свою мастерскую, наполненную воздухом и светом.
Киреев же использовал ее в качестве галереи, развесив принадлежащие ему произведения живописи. Непревзойденный эксперт во всем, что касалось мирового искусства, он собрал довольно неплохую коллекцию картин, которую и Дорошин, и Лена уже успели оценить.
На уровне второго этажа комнату огибала не очень широкая, но достаточно просторная круговая эмпора, где тоже висели картины. На правой, более широкой половине стояли мягкие кресла для бесед, не предназначенных для посторонних ушей.
На левую, более узкую, выходили две двери, ведущие в еще две небольшие спальни. Натурщицы тут раньше переодевались, что ли?
Лена заметила, что комнаты эти вызвали у мужа какой-то особый интерес. По крайней мере, она видела, как он несколько растерянно озирался, словно пытаясь что-то понять. Но жена Эдика Таня позвала их завтракать, и они вернулись в основную часть дома, а после чая отправились гулять по окрестностям, знакомясь с местными достопримечательностями и не путаясь под ногами хозяев, ожидающих приезда других гостей.
Поселок художников вызывал у Лены живой интерес. Уже больше ста лет он разительно отличался от привычных районов столицы, причем так было и в сталинские времена, и в хрущевскую оттепель, и в брежневский застой, и в горбачевскую перестройку, и в «лихие девяностые», и нынче. Отличие бросалось в глаза во всем: от застройки до образа жизни. Ни тебе «сталинок», ни хрущевок, ни современных небоскребов из стекла и бетона.
