А за одного из них потом замуж вышла, после войны уже. А в сорок шестом году мой дед родился.
Об истории своей семьи Павла Киреева рассказывала с явным удовольствием.
– А картина? – постаралась сократить ее рассказ Лена, но муж взглянул на нее с явным неудовольствием. Он повествование молодой женщины слушал так внимательно, как будто в нем содержалось что-то очень важное.
– А картину нарисовал муж Лизы. Он был художник. Они встретились, когда она еще была совсем девочкой. Он написал ее портрет и увез его с собой.
На память. А потом, когда Лиза с Ольгой Петровной очутились в Москве, они встретились и между ними вспыхнуло чувство. Или они еще в Рыбинске встретились и вместе в Москву приехали… Я точно не помню. Там была еще какая-то трагедия, кто-то умер, Ульяна никогда не рассказывала подробностей. В общем, портрет висел у них в доме. Дед там в юности бывал, навещал Ольгу Петровну, пока она жива была. Она до девяноста лет дожила, представляете? Умерла в то лето, когда дед институт окончил.
После этого он уже, конечно, к Лизе в дом не ездил. А вот Ульяна там бывала. И незадолго до своей смерти Лиза и подарила ей свой портрет. А она его уже деду отдала."
"– Если учесть, что с большой долей вероятности портрет принадлежит кисти Алексея Никанорова, значит, изображенная на нем девочка Лиза стала его женой. И получается, что ее няня Ольга Петровна, приходящаяся вам, Павла, дальней родственницей, значительную часть прожила в этом самом доме. И именно сюда наведывался ваш дед.
И именно здесь висел портрет, который мы имели счастье купить. Или вы об этом не знали?
Павла выглядела потрясенной.
– Не знала! – воскликнула она. – Дед, конечно, упоминал, что его прабабка жила где-то на Соколе, но не в подробностях. Он вообще больше про бабушку Ульяну рассказывал, потому что очень ее любил. Да и то нечасто рассказывал. Может, раз или два. Когда я про портрет спросила.
– А может быть, вы все знали? И ваше знакомство с Гришей было неслучайным? Может быть, вы стремились попасть именно в этот дом?
Дорошин сверлил Павлу острым взглядом, под которым она ежилась, до того ей было неуютно.
И чего он пристал к девочке?
– Ты чего пристал? – спросила она мужа.
– Дело в том, что в книге Бенуа, которую ты мне принесла, я обнаружил вот этот листок бумаги. В том, что запись сделана рукой Эда, я уверен. Слишком хорошо знаю его почерк, читал экспертные заключения, которые он писал от руки до того, как в обиход вошли компьютеры.
