Она осторожно перешла грязную улицу по камням для пешеходов и зашагала дальше, пока часовой в синей шинели, застегнутой от ветра на все пуговицы, не остановил ее.
— Вам что-нибудь надо здесь, мэм? — Голос звучал с непривычным среднезападным акцентом, но обратился к ней солдат вежливо и почтительно.
— Я хочу повидать одного человека, который сидит под арестом.
— Ну, не знаю, — сказал часовой и почесал в голове. — Не очень-то у нас любят посетителей, и вообще… — Он умолк на середине фразы, вглядываясь в ее лицо. — О господи, милая дамочка! Не надо плакать! Сходите в штаб караульной службы и спросите у наших офицеров.
Уж, я думаю, они разрешат вам повидать его.
Скарлетт, и не собиравшаяся плакать, тотчас расплылась в улыбке. Солдат повернулся и окликнул другого часового, медленно прохаживавшегося вдоль стены:
— Эй, Билл! Поди-ка сюда.
Второй часовой, рослый малый в синей шинели, шагавший ссутулясь и так вобрав голову в плечи, что его черные усы, казалось, росли прямо из воротника, двинулся по грязи к ним.
— Отведите дамочку в штаб.
Скарлетт поблагодарила солдата и пошла следом за своим провожатым.
— Смотрите не подверните ногу, когда будете переходить по камням через улицу, — сказал солдат, беря ее под локоть. — И поднимите-ка юбки, а то выпачкаете их в грязи.
Голос, звучавший сквозь усы, был тоже гнусавый, но мягкий, приятный, а рука, почтительно поддерживавшая ее под локоть, — твердая. А эти янки не так уж и плохи!
— И холоднющий же сегодня день для прогулок, леди, — сказал солдат. — Издалека вы притопали?
— О да, с другого конца города, — сказала она, почувствовав расположение к этому человеку с мягким голосом.
— Погодка-то для прогулок не больно подходящая, леди, — неодобрительно заметил солдат, — да еще когда столько народу гриппом больны. А вот и командный пост, леди… Что это с вами?
— Этот дом… В этом доме — ваш штаб? — Скарлетт посмотрела на прелестное старинное здание, выходившее фасадом на площадь, и чуть не расплакалась. Здесь во время войны она танцевала на стольких балах и вечеринках.
Это был чудесный веселый дом, а теперь.., теперь над ним развевался большущий флаг Соединенных Штатов. — Что с вами?
— Ничего.., только.., только.., я знала людей, которые жили здесь.
— Что ж, жаль, конечно. Думаю, они и сами не узнали бы сейчас свой дом, потому как внутри все ободрано. А теперь идите туда, мэм, и спросите капитана.
Скарлетт поднялась по ступенькам, ласково поглаживая рукой поломанные белые перила, и толкнула входную дверь.
