Ретт пожал плечами.
— Я всегда считал ее экономной маленькой особой, но я, конечно, не столь хорошо информирован об интимных подробностях жизни семьи Уилксов, как, видимо, вы.
Это уже был почти прежний Ретт, и Скарлетт почувствовала нарастающее раздражение.
— Беги, поиграй, детка, — сказала она Бонни. — Мама хочет; поговорить с папой.
— Нет, — решительно заявила Бонни и залезла к Ретту на колени.
Скарлетт насупилась, и Бонни в ответ состроила ей рожицу, столь напоминавшую Скарлетт Джералда, что она чуть не прыснула со смеху.
— Пусть сидит, — примирительно сказал Ретт. — Что же до денег, то их прислал ему как будто кто-то, кого он помог выходить во время эпидемии оспы в Рок-Айленде. Я начинаю вновь верить в человека, когда узнаю, что благодарность еще существует.
— Кто же это? Кто-то из знакомых?
— Письмо не подписано, прибыло оно из Вашингтона. Эшли терялся в догадках, кто бы мог ему эти деньги послать. Но когда человек, отличающийся такой жертвенностью, как Эшли, разъезжая по свету, направо и налево творит добро, разве может он помнить обо всех своих деяниях.
Не будь Скарлетт столь удивлена этим неожиданным счастьем, свалившимся на Эшли, она подняла бы перчатку, хотя и решила в Таре, что никогда больше не станет ссориться с Реттом из-за Эшли. Слишком она была сейчас не уверена в своих отношениях с обоими мужчинами, и до тех пор, пока они не прояснятся, ей не хотелось ни во что ввязываться.
— Значит, он хочет выкупить у меня лесопилки?
— Да.
Но я, конечно, сказал ему, что вы не продадите.
— А я бы попросила позволить мне самой вести свои дела.
— Ну, вы же знаете, что не расстанетесь с лесопилками. Я сказал, что ему, как и мне, известно ваше стремление верховодить всеми и вся, а если вы продадите ему лесопилки, то вы же не сможете больше его наставлять.
— И вы посмели сказать ему про меня такое?
— А почему бы и нет? Ведь это же правда! По-моему, он искренне со мною согласился, но он, конечно, слишком джентльмен, чтобы взять и прямо мне об этом сказать.
— Все это ложь! Я продам ему лесопилки! — возмущенно воскликнула Скарлетт.
До этого момента ей и в голову не приходило расставаться с лесопилками. У нее было несколько причин сохранять их, причем наименее существенное были деньги. В последние два-три года она могла бы их продать, когда только ей заблагорассудится, причем за довольно крупную сумму, но она отклоняла все предложения.
