Ах, мать пресвятая богородица!
Если он ждал от нее каких-то слов, то, во всяком случае, не этих. В лице его появилась жесткость, глаза стали пустыми.
— Ну, в таком случае почему бы не отдать его мисс Мелли? Разве ты не говорила мне: она такая непрактичная, хочет еще одного ребенка?
— Ох, так бы и убила тебя! Я не хочу его, говорю тебе: не хочу!
— Нет? Прошу, продолжай дальше.
— Ах, но есть же способы избавиться. Я ведь уже не та глупая деревенская девчонка, какой была когда-то. Теперь я знаю, что женщине вовсе не обязательно иметь детей, если она не хочет! Есть способы…
Он вскочил и схватил ее за руку — в лице его был неприкрытый всепоглощающий страх.
"
"— Скарлетт, дурочка ты этакая, скажи мне правду! Ты ничего с собой не сделала?
— Нет, не сделала, но сделаю. Ты что думаешь, я допущу, чтоб у меня снова испортилась фигура — как рая когда я добилась, что талия у меня стала топкая, и я так весело провожу время, и…
— Откуда ты узнала, что это возможно? Кто тебе сказал?
— Мэйми Барт.., она…
— Еще бы владелице борделя не знать про всякие такие штуки.
Ноги этой женщины больше не будет в нашем доме, ясно? В конце концов, это мой дом, и я в нем хозяин. Я не желаю, чтобы ты когда-либо упоминала о ней.
— Я буду делать то, что хочу. Отпусти меня. Да и вообще — тебе-то не все ли равно?
— Мне все равно, будет у тебя один ребенок или двадцать, но мне не все равно, если ты умрешь.
— Умру? Я?
— Да, умрешь. Мэйми Карт, видимо, не рассказала тебе, чем рискует женщина, идя на такое?
— Нет, — нехотя призналась Скарлетт.
— Она просто сказала, что все отлично устроится.
— Клянусь богом, я убью ее! — воскликнул Ретт, и лицо его потемнело от гнева. Он посмотрел сверху на заплаканную Скарлетт, я гнев его поутих, но лицо по-прежнему оставалось жестким и замкнутым. Внезапно он подхватил Скарлетт па руки и, опустившись со своей ношей в кресло, крепко прижал к себе, словно боялся, что она убежит.
— Послушай, детка, я не позволю тебе распоряжаться твоей жизнью. Слышишь? Боже правый, я тоже, как и ты, не хочу иметь детей, но я могу их вырастить.
Так что хватит болтать о всяких глупостях — я не хочу об этом слышать, и если ты только попытаешься… Скарлетт, я видел, как одна женщина умерла от этого. Она была всего лишь.., ну, в общем, вовсе неплохая была женщина. И смерть это нелегкая. Я…
— Боже мой, Ретт! — воскликнула она, забыв о своем горе под влиянием волнения, звучавшего в его голосе. Она никогда еще не видела его столь взволнованным. — Где же..
