Сейчас слышно было хорошо, и Матроскин разобрал слова:
– Да… Да… Идиот… Да, ты – дурак и идиот… Я сам сделаю всё, что нужно… Сюда не показывайся… Выезжай и убирайся, куда сможешь… Я сам буду выбираться… Без тебя… Повторяю – без тебя…
И Док Доусон, отключившись от разговора, сердито засунул трубку в карман.
И тут же в наушнике «подснежника» раздался доклад старшего прапорщика Соловейко:"
"– Аврал, Берсанаку встретил какой-то человек из кафе. Отвёл в автобус, а сам тут же вызвал охрану. Менты ринулись туда. Берсанака застрелил троих, четвёртого переехал автобусом и сейчас пытается прорваться за город.
Едет прямо на меня…
– Стреляй на поражение… – сказал Матроскин в полный голос. – Для полковника улик и без того хватит…
Он уже понял, что делал Док Доусон в здании детского дома.
Полковник обернулся резко и достаточно быстро поднял на голос автомат.
– Господин полковник, сложите оружие. Вы блокированы. Сопротивление бесполезно, – спокойно сказал Матроскин по-английски, поскольку русского Док Доусон, согласно показаниям Айбат Абдулкеримовой, сестры Берсанаки, не знал.
– Кто ты? – вместо того чтобы снять с шеи ремень автомата, полковник перехватил автомат в одну руку, а второй вытащил пистолет.
Капитан мог бы просто в темноту за балку отпрыгнуть, но он не спешил, потому что видел – Мишке Игумнову осталось сделать только шаг. Полковник тоже что-то почувствовал, попытался коротко глянуть через плечо, но в это время на голову ему упала пудовая кувалда. Так, наверное, самому полковнику показалось, поскольку кулак у младшего сержанта лёгкостью не отличался.
– Аврал, я его сделал… Автобус в столб въехал. Там уже менты подкатили… Ментов не пугнуть, чтоб не наследили?
– Я позвоню Висарову. Пусть попросит ментов не обыскивать тело.
* * *В себя полковник Доусон пришёл уже в наручниках и полностью безоружный.
К своему удивлению, он был уже не на чердаке, а рядом с входной дверью в детский дом. Но удивление прошло, когда полковник узнал в стоящем рядом солдате того самого, что привёз Бекмурзу Бисолатова домой и снял его, как пушинку, из тракторной тележки.
Видимо, этот же человек и ударил Доусона по затылку. Сколько времени прошло после удара, Доусон сообразить не мог, но в голове настойчиво и тревожно били колокола.
– Всё завершилось благополучно, товарищ подполковник… – склонившись над рюкзаком Дока, говорил по телефону капитан, в которого полковник так и не успел выстрелить. Сейчас над дверью горел свет, и полковник видел погоны офицера.
