Самое на то время, из-под снега так и прут один за другим…
– Отставить базары… Продолжайте наблюдение и не отвлекайтесь, я на высотку взберусь, надо с командиром связаться… – скомандовал лейтенант Черкашин и начал задом, как рак, выползать из-под прикрывавших его еловых лап.
Здесь, над дорогой и под склоном сопки, связи через «подснежник» с другими двумя группами не было – экранировал выпуклый каменистый бок высоты, но наверху, как уже было проверено, связь держалась устойчиво, и Черкашин за день уже дважды поднимался, чтобы выйти на разговор с капитаном Матроскиным.
"
"Под густой кроной деревьев лейтенанта невозможно было увидеть из лежащего напротив леса, и потому он не боялся, что человек с автоматом может его заметить. Более того, такой густой лес вполне мог бы укрыть и все три группы спецназовцев, если бы возникла такая необходимость. Но добраться до вершины высотки лейтенант не успел, когда послышался отдалённый одиночный выстрел. Определить, откуда стреляли, здесь, среди деревьев, было трудно, как Вячеслав ни прислушивался.
Ясно было только одно – стрелок находился ниже капитана.
– Я – Черемша, Муромец, где стреляли?
Младший сержант Игумнов отозвался сразу:
– Тот парень… Что с автоматом… Оттуда, блин, выстрел… Куда он ушёл…
– Он или в него?
– Не могу сказать, товарищ лейтенант… Нет визуального контакта…
– Он бы очередью стрелял, товарищ лейтенант… – вмешался в разговор рядовой Венчиков.
– Это не факт, Иволга, – не согласился лейтенант. – Муромец, оставь отделение на Иволгу, возьми кого-нибудь и сходи туда… По открытому месту быстро, без задержки… И старайся по проталинам, чтобы не наследить… Я буду наверху…
– Понял… – отозвался Мишка.
– Жабоедов, за мной…
– Ещё пару человек… – подсказал лейтенант.
– Вдвоём посмотреть проще, чтобы тебя не увидели, товарищ лейтенант… И следов меньше… Внимания меньше обратят…
– Как хочешь, иди… Только в темпе и аккуратно… Не подставляйся стрелкам…
Черкашин продолжил подъём, чтобы заодно обсудить с командиром отряда и это происшествие, хотя результатов пока получено не было и обсуждать, по сути дела, было нечего.
До вершины оставалось недалеко, но поверху идти быстро и в полный рост было невозможно, потому что там лес расступался, оставляя место для нагромождения камней, и крупных, и мелких. Опыт подсказывал, что с кромки леса «подснежник» связь не берёт, а берёт только с самой вершины. Но на вершине любой человек становится заметным с других точно таких же сопок, расположенных поблизости.
