– Моя нет, чтобы понимает, как говорил недавно один пленный бандюган…
Сашка хитрый и въедливый, всегда с подколом спрашивает и даже речь свою ставит так, словно левой ногой правое ухо чешет. А простоватый и добродушный Мишка обычно на любые подколы попадается и Сашку в ответ никогда не подкалывает, хотя во взводе все знают, что, если Сашку тоже кто-то начинает подкалывать, тот замыкается и теряется, чувствует обиду и словно бы унижение. И надолго замолкает. И того, кто ему ответил на его же манер, больше никогда подкалывать не будет.
Но Мишка для таких тонкостей в отношениях слишком прост.
– Как это – зачем? Ты с какой колокольни вчера дербалызнулся? Деревня же, блин… Там, кроме трактора, почитай, ничего и не нужно…"
"– Да ты один десять тракторов заменишь… Ездили бы уж сразу на тебе… Дешевле обойдётся… Заправили до кадыка самогонкой, и вперёд… А ты, если тебя хорошо обуть, никогда не забуксуешь… Надёжный… Проверено…
Уж в этом-то, знали все, была большая доля правды.
Здоровьем и силищей бог Мишку не обидел. Даже командир взвода лейтенант Черкашин, сам человек ладно скроенный и сшитый, глядя на Мишкины мышцы, сказал однажды:
– Тебя хоть сейчас на чемпионат культуристов выставляй… Смотри, какой «накачанный»… Любой классический атлет, что на стероидах сидит, позавидует…
И это при том, что Мишка спортом до армии не занимался, что такое стероиды, пожалуй, и не знал, но с самого детства был занят тяжёлым физическим трудом, без которого в деревеньке под забайкальской Кяхтой было просто не прожить.
Мишку было ломом не сломать, а сам он, казалось, любой лом голыми руками в кольцо согнуть может. Шварценеггер просто потух бы от зависти рядом с ним. И был Мишка не «накачанным», а просто сильным и мощным и к тому же трёхжильным, как это называется, от природы, то есть усталости не ведающим и с одинаковым успехом одолевающим на занятиях и стометровку, и пятидесятикилометровый марш-бросок…
– А что… – невозмутимо согласился Мишка.
– Толкал как-то… Как раз перед армией… С батей за дровами ездили… Трактор чуть не по ось, блин, в грязь закопался… Батя выруливает, я толкаю… Потом лесину сухую ногой сломал, поддел под тележку, придавил как надо, чтоб колесо не зарывалось… Вытолкал… Ничего… И без самогону…
Теперь смех послышался более отчётливый.
